Выбирая путь через загадочный Синий лес есть шанс выйти к волшебному озеру, чья чарующая красота не сравнится ни с чем. Ты только присмотрись: лунный свет падает на спокойную водную гладь, преображая всё вокруг, а, задержавшись до полуночи, увидишь, как на озеро опускаются чудные создания – лебеди, что белее снега, и с ними Королева Лебедей - заколдованные юные девы, что ждут своего спасения. Может, именно ты, путник, заплутавший в лесу и оказавшийся у озера, станешь тем самым героем, что их спасёт?

Время в игре: двадцатые числа апреля (вторая неделя после снятия проклятья Злой Королевы)

СЮЖЕТСПИСОК ПЕРСОНАЖЕЙСПИСОК ВНЕШНОСТЕЙСПИСОК ПРОФЕССИЙАКЦИИНУЖНЫЕ ПЕРСОНАЖИДНЕВНИКИКАНДИДАТЫ НА УДАЛЕНИЕНОВОСТИОФОРМЛЕНИЕ ПРОФИЛЯ
Наверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » СТОРИБРУК » A bargain is a bargain.


A bargain is a bargain.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://s8.uploads.ru/CNQH1.png

A BARGAIN IS A BARGAIN.
http://funkyimg.com/i/2yiqq.png

П Е Р С О Н А Ж И
Мр. Голд & Ротбарт Нойманн

М Е С Т О   И   В Р Е М Я
24.04, вечер, Антикварная лавка.

http://forumfiles.ru/files/0019/3f/c4/42429.png
Проклятье снято, воспоминания вернулись ко всем жителям города, и Ротбарт начинает действовать, первым делом решая собрать необходимые для ритуала артефакты. И кому, как не самому могущественному магу и владельцу лавки со всяким старьём не знать, где находятся волшебные предметы? Кажется, впереди маячит новая сделка.

+1

2

Двадцать восемь лет пролетели, как один день, для проклятых жителей Сторибрука. Каждое утро начиналось для них одинаково, каждый вечер походил на другой, как две капли воды. Неужели этого для себя хотела Реджина, мечтая о собственном счастье и мучениях для ненавистной Белоснежки? Кому, как не Голду, было знать, что нет! Ведь именно к нему госпожа мэр приходила за советами и даже каким-то подобием утешения; она жадно вглядывалась в непроницаемое лицо Голда, пытаясь понять, помнит ли он что-нибудь. Реджина не верила, что её коварный наставник не оставил для себя лазейки – а по-честному, просто хотела разделить сводящую с ума скуку с кем-либо ещё. Но Голд смотрел на неё взглядом ростовщика и антиквара из Сторибрука; вежливый до зубовного скрежета в своём равнодушии к её проблемам, равно как и к проблемам остальных горожан. Впоследствии Голд вспоминал всё это с усмешкой: неужели его лучшая ученица не могла понять, что он изначально догадывался о том, сколь невыносима жизнь в городе, где застыло время, и не хотел для себя такого? Как бы он смог прожить двадцать восемь лет, сгорая от нетерпения, дожидаясь приезда Спасительницы, видя каждый день одно и то же? Реджине было хорошо только первое время, а потом её настигли тоска и смятение, отчего она в итоге и усыновила Генри – благодаря Голду, его помощи. Пусть он ничего не помнил, но его вела рука судьбы – обрывки будущего в Зачарованном Лесу, которые видел Румпельштильцхен, ныне сложились в одну цельную картинку.
Именно Генри и стал причиной появления в городе Эммы Свон – и вот тогда память Голда прояснилась. Не было никаких ощущений удара по голове или звона в ушах; Голд не переменился в лице и не потерял равновесие; опираясь на свою неизменную трость, он посмотрел на светлые волосы стоявшей к нему спиной женщины и всего-то промолвил: «Эмма. Какое красивое имя!» Воспоминания о прошлом встали в стройный ряд. Голд теперь просто знал, что он – Румпельштильцхен и находится в этом мире для того, чтобы найти своего потерянного сына. Голд  должен был принять участие в разрушении Проклятья, как некогда помог Реджине привести его в действие. Тонкая игра, манипуляции, дёрганье за ниточки – Голд был в своей стихии. И наслаждался каждой минутой этого спектакля. Только один раз Реджине удалось одержать верх – когда она вызнала имя своего учителя, завладев его драгоценным воспоминанием из прошлого, надбитой фарфоровой чашкой. Только один раз – так думал Голд до того момента, как увидел на пороге своей лавки ту, которую считал давно умершей.
Белль осталась в его памяти как лучик света, промелькнувший во тьме, что окружала Румпельштильцхена в Зачарованном Лесу. Рядом с ней он снова позволил себе надеяться на то, что его полюбили таким, какой он есть, без условий и попрёков. А потом был поцелуй, и прерывающийся от волнения голос Белль разбил в пух и прах все надежды.
Она вернулась, чтобы расколдовать Чудовище и превратить его… в кого? Румпельштильцхен болезненно морщился: кем он стал без своей магии, власти, без той уверенности, которую он излучал благодаря им? Что осталось бы от того, кого полюбила Белль? Беспомощный хромец, лёгкая добыча для Злой Королевы? Белль сама не понимала, что делает. А самое главное – желая спасти его, Румпельштильцхена, она не спросила его, почему он таким стал. Впрочем, он ведь не рассказал бы ей, верно? Он сам был виноват во многом – не хватало духу на откровенность.
Так или иначе, любовь не состоялась, Румпельштильцхен оплакивал Белль, а теперь выяснилось, что всё это время она была жива и в заточении у Реджины. Кто бы не пожелал отомстить на месте Румпельштильцхена? За обман. За подсказку насчёт поцелуя, за саму идею совершить этот треклятый подвиг. За всё.
Белль яростно воспротивилась идее мести и выдвинула ультиматум: либо Голд обуздает себя и постарается быть человечнее и добрее, либо… он снова останется один.
Одиночество было привычным для Голда – Румпельштильцхена. В одиночестве он крутил колесо своей прялки, следя за тем, как наматывалась на катушку блестящая золотом нить. В одиночестве он зажигал свечу в день рождения сына, думая о том, как разыщет того в мире без магии и какими словами станет просить прощения. В одиночестве он перебирал свои магические артефакты и брёл по тихим улочкам Сторибрука, опираясь на трость с золотым (память о себе-прежнем) набалдашником.
Не было смысла обманывать в очередной раз ни себя, ни Белль.
Свою любовь он похоронил давным-давно, и, как и говорила когда-то Белль, у него остались лишь опустевшее сердце и надбитая чашка. Впрочем, она была не совсем права – у него осталось ещё кое-что. Самое важное, на самом деле.
---
Колокольчик звякнул, оповещая о появлении в лавке посетителя. Голд вынырнул из своих размышлений и вышел из подсобки, постукивая тростью. Несмотря на возвращение магии к Тёмному, трость оставалась при нём – он слишком к ней привык, да и на создание иллюзии, будто бы его нога здорова, уйдёт приличное количество магии. В этом мире она непредсказуема – поэтому её следовало беречь, а не тратить лишний раз. Кто-то, возможно, удивился бы, почему Румпельштильцхен попросту не исцелил себя магией – он не хотел. Это была память о самом переломном дне в его жизни, когда он повернул на тот путь, что в конечном итоге привёл его к становлению Тёмным.
- Добрый вечер, - Голд был, как всегда, безукоризненно вежлив и столь же невозмутим на вид. – Мистер Нойманн?
[icon]http://sd.uploads.ru/t/WwDi3.gif[/icon][sign]  [/sign]

Отредактировано Mr. Gold (16-01-2018 17:10:41)

+1

3

Ротбарт долго ждал момента для первых шагов по осуществлению своего грандиозного плана. Ожидание было томительным и вряд ли будет ошибочным назвать его мучительным, потому что двадцать восемь лет проживать один и тот же день, не имея возможности что либо изменить, может оказаться той ещё мукой. Но терпение у Ротбарта вполне хватало, а потому он спокойно дожидался подходящего часа.
За день колдун не раз перечитал описание ритуала, выписал каждый артефакт, поставив пометки, где их можно найти, и всё сходилось на одной фамилии - мистер Голд, человек, с которым не хотелось бы иметь никаких дел, но выбора нет. У него имеется одна вещица, которая так же нужна для ритуала, да и сам он нужен. Такой лакомый кусочек магии не хочется упускать.
Составленный список Нойманн сжёг, не желая, чтобы он попал в чужие руки. Нельзя, чтобы помешали подготовке к ритуалу, да и сам ритуал должен пройти удачно. Просто обязан, иначе все напрасно. Ротбарт так долго стремился к могуществу, что только оно являлось его конечной целью. Даже Урсула с её желанием остановить его, не могла своего добиться, как бы сильно он её не любил. Он делает это ради неё. Она это поймёт, когда все будет закончено, и они начнут новую жизнь во дворце, где она будет хозяйкой. Он сделает из неё королеву, как она того заслуживает.
Ротбарт не раз представлял совместное будущее с любимой, и это становилось существенным толчком к тому, чтобы не сдаваться. Впрочем, он, наверное, в любом случае бы не сдался. Магию он любил не меньше, чем Урсулу, а потому отступать не было ни единого повода. Урсула с её заморочками когда-нибудь смирится, а сила, настоящая сила, с которой чувствуешь себя властелином мира, даётся лишь один раз и упускать её будет величайшей глупостью, к которой Ротбарт не готов.
Взвесив все «за» и» против», Нойманн решает не откладывать визит к Румпельштильцхену, хотя и мысль о предстоящей сделке его коробила. Он сам заключал сделки, хитрил часто, обманывал, но в целом каждый получал, что хотел - девушки осуществляли желание, а он - ещё одну добрую и наивную душу, что питала озеро и самого колдуна. Но как бы то ни было, там он был хозяином положения, а сейчас ему придется подчиняться условиям Тёмного, и это совсем не нравилось Ротбарту. Он не боялся, но на кое-какие сомнения он вполне имел право. Конечно, сомнения не повод отказываться от задуманного предприятия, и вскоре колдун следует к лавке мистера Голда, надеясь на продуктивный диалог.
Колокольчик звякнул, оповещая хозяина лавки о новом посетителе, а дверь плавно закрывается за спиной Нойманна, в то время, как сам колдун взглядом окидывает помещение в поисках того, что ему нужно. Немного хмурится, не обнаружив искомого, но ещё не вечер. Хотя нет, уже вечер, но это не играет никакой роли, когда до цели остаётся всего несколько шагов.
- Добрый вечер, мистер Голд, - не отставая от Тёмного в вежливости, отвечает Ротбарт, проходя к прилавку, но делает это не спеша, заинтересовавшись одной безделушкой. Что-то напоминает из прошлого, но, видимо, значила не так много, чтобы помнил, откуда она. Да это и не важно, она даже близко не похожа на то, что ему нужно. 
- Я в поисках одной вещицы, и очень надеюсь, что вы именно тот человек, который мне поможет. Мне нужно веретено. Что-то вроде того, которым укололась Аврора. Не подскажете, у кого можно купить? Или, может, у вас затерялось?
Ротбарт постарался не демонстрировать большой заинтересованности, ни к чему сразу показывать, что эта вещь важна для него. А пока, он стоит у прилавка, лениво рассматривая старый хлам. И зачем все это Голду? Впрочем, не важно, главное, чтобы веретено было у него и цена оказалась приемлемой. Нойманн готов к сделке, но даже сейчас ему сложно решить, чтобы он согласился отдать за веретено.
Колдун мысленно прогоняет непрошенные мысли. Не самое время поддаваться сомнениям и не место. Их время прошло, осталось услышать цену и заплатить её.

+1

4

Когда-то в Зачарованном Лесу считалось, что Тёмный знал всё и обо всех. Приходя на место встречи, собираясь заключить сделку, с душевным трепетом и ожиданием любой сказочный житель опасался цены, которую потребует Румпельштильцхен – не потому, что тот хотел непременно драгоценностей и золота, о нет. Золото Румпельштильцхен умел сам прясть из соломы, а уж купить на него драгоценных камней не составило бы никакого труда, захоти он только… Но существовали вещи дороже всего этого – вещи, дорогие и бесценные, прежде всего, для их владельцев. Они могли быть связаны с воспоминаниями, эмоциями, а что найдётся ценнее для настоящего волшебства? А так как все, от Красной Шапочки до последнего гнома в шахтах, были уверены во всезнании златолицего человечка с выпуклыми недобрыми глазами – то и думали, что он уже осведомлён обо том, что им дорого.
Мистер Нойманн, безусловно, к подобным невинным овечкам не относился – скорее он походил на хищника, подобного самому Голду, и поневоле вынужденного прибегать к его услугам. Разумеется, Румпельштильцхен не был столь всезнающ, как, бывало, думали те, кто вздрагивал при его появлении в предрассветной дымке и ёжился при первых же звуках вкрадчивого голоса. И тем не менее – кое-что о мистере Нойманне было Голду хорошо известно, и уж конечно, он понимал, что тот не появится в его лавке просто так.
- Веретено, говорите? – На лице Голда отобразилась вежливая задумчивость, словно бы он вспоминал, было ли у него вообще веретено – и, если было, куда оно могло запропаститься. – Да, вполне вероятно, что оно у меня есть. У меня много чего есть, - Голд обвёл витрины широким жестом, улыбаясь своей обычной, не разжимая губ, улыбкой. – Но есть один нюанс. Видите ли, я ценитель старинных и необычных вещей. Здесь нет ничего собранного просто так. По чистой случайности попавшего сюда. Каждая вещица имеет свою историю… и свою цену.
Завершив эту речь, Голд посмотрел на Нойманна весьма многозначительно. Что готов заплатить этот человек и что у него есть в запасе? Ведь веретено было ценно не только в связи со своей прошлой историей – но, похоже, и с будущей.
[icon]http://sd.uploads.ru/t/WwDi3.gif[/icon][sign]  [/sign]

+1

5

Обратиться к Румпельштильцхен- это, значит, не иметь другой возможности получить желаемое. Ротбарт не любил платить, он предпочитал брать плату за свои маленькие услуги, которые оказывал людям, составляя конкуренцию Темному, с той лишь разницей, что после сделки с Тёмным девушки не оказывались заточены в озеро, питая магией колдуна. Румпельштильцхен в выборе платы за свои услуги предоставлял более широкий выбор, но тоже искал выгоду исключительно для себя любимого. Выгода для себя - это то, что объединяло Ротбарта и Тёмного, именно поэтому им никогда не следовало бы пересекаться, потому что ни один из них не захочет уступать другому.
Нойманн предпочел бы не слышать этот до тошноты вежливый и вкрадчивый голос мистера Голда, указывающего на то, что и без него видел колдун. Тянет время? Не более, чем показная театральность, а руководитель театра не настроен наблюдать постановки единственного актёра.
Колдун подавляет раздражение, не давая проявиться ему, терпеливо дослушивая хозяина лавки.
- Мистер Голд, - начинает Нойманн, не переходя границы вежливости, но при этом доля не терпения все же проскользнула в голосе. - Мы можем с вами до утра играть в игру "угадай цену веретена", но видите ли, я спешу, а потому давайте опустим всё лишнее и вы мне назовете цену сами, а не будете ждать, когда это сделаю я. Что вы хотите за него? Но для начала я бы хотел взглянуть на товар
Ротбарт не хотел бы заключить сделку и в итоге оказаться у разбитого корыта. Если это не то веретено, Голд ничего не получит, но и сам Нойманн останется ни с чем. Придётся снова искать, тратить время, а хотелось бы осуществить задуманное, как можно скорее. Ротбарта удерживало только то, что спешка может повредить ещё больше, чем промедление, однако, это не значит, что он легко примет промашки как и свои, так и своих помощников.

+1

6

Мистер Нойманн, безусловно, не относился к тем людям, с которыми обычно любил поиграть Румпельштильцхен, однако стоило признать, что нетерпелив был в такой же степени, как и они. Внутренне усмехнувшись, Голд поднял руку и щёлкнул пальцами, в которых тут же возникло – не без эффектного сиреневого дыма – это самое веретено. Которое он и продемонстрировал Нойманну.
- Это именно то, что вы ищете? – всё в той же безукоризненной манере уточнил хозяин лавки. - Что ж, я рад, если мой товар вам подходит. Что касается цены...
Голд, словно размышляя, по-птичьи склонил голову набок. Он и профилем напоминал хищную птицу, готовую смертельно клюнуть в момент опасности и обманчиво спокойную в любое другое время.
На самом деле, решение оформилось в его уме ещё несколькими секундами раньше. Нойманн не из тех, у кого можно выведать все секреты, чтобы сразу потребовать вещь, которая, вероятно, пригодится самому Голду. Нет, есть более гибкий способ, который Голд неоднократно с успехом использовал ранее.
- Как насчёт того, что вы останетесь должны мне услугу? – гладким голосом поинтересовался он, поглаживая золотую рукоять трости и внимательно глядя на собеседника – буквально не спуская глаз с того. – Однажды я приду к вам и скажу, что мне нужно, а вы исполните мою… просьбу. Идёт?
В самом деле, неужели Нойманн рассчитывал, что у него попросят нечто банальное? Или он не знал, что с Тёмным не так-то просто вести дела? Вот уж вряд ли! Не было другого выхода в желании получить веретено – вот это правильный ответ. Тем не менее, несмотря на туманность формулировки, Голд не намеревался требовать что-то экстраординарное. Что он и озвучил, сверкнув золотой коронкой в улыбке и самую малость наклонившись вперёд:
- Можете не опасаться – вашего первенца я не попрошу!
Кстати о первенцах – безусловно, Голд мог бы попросить Нойманна помочь ему с поисками сына. Но было одно «но» - Голд категорически не хотел открывать кому-либо в городе эту тайну, и уж подавно не таким людям, которые могли использовать его слабость против него. Голд рассчитывал только на собственные силы и, возможно, помощь героев – той же Эммы Свон, например. По крайней мере, она не из тех, кто станет болтать, зато из тех, на чью порядочность можно положиться. Голд не хотел возвращать Бэя какими-либо сомнительными или обманными путями – он просто найдёт сына и попросит у него прощения. И тот обязательно простит и обнимет своего папу – как же иначе?
Но это всё, конечно же, к делу с Нойманном не относилось.
[icon]http://sd.uploads.ru/t/WwDi3.gif[/icon][sign]  [/sign]

+1


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » СТОРИБРУК » A bargain is a bargain.