Выбирая путь через загадочный Синий лес есть шанс выйти к волшебному озеру, чья чарующая красота не сравнится ни с чем. Ты только присмотрись: лунный свет падает на спокойную водную гладь, преображая всё вокруг, а, задержавшись до полуночи, увидишь, как на озеро опускаются чудные создания – лебеди, что белее снега, и с ними Королева Лебедей - заколдованные юные девы, что ждут своего спасения. Может, именно ты, путник, заплутавший в лесу и оказавшийся у озера, станешь тем самым героем, что их спасёт?

Время в игре: двадцатые числа апреля (вторая неделя после снятия проклятья Злой Королевы)
дата снятия проклятья - 13 апреля
Наверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » ИНВЕНТАРЬ ХРАНИТЕЛЕЙ СНОВ » • Коварство тебе имя [четвёртый сюжетный эпизод]


• Коварство тебе имя [четвёртый сюжетный эпизод]

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

https://i.pinimg.com/originals/84/cf/84/84cf84248cacec099aa87ca59c36fcc6.gifhttp://s5.uploads.ru/oGsOg.gif
Я у него в долгу. А я этого не люблю. Я предпочитаю, чтобы в долгу были у меня.(с)
КОВАРСТВО ИМЯ ТЕБЕ
http://funkyimg.com/i/2yiqq.png

П Е Р С О Н А Ж И
Мр. Голд & Ротбарт Нойманн

М Е С Т О   И   В Р Е М Я
26.04, день, мэрия

http://forumfiles.ru/files/0019/3f/c4/42429.png
Визит Тёмного к мэру приводит к встрече с Ротбартом. Случайна ли встреча или пришло время платить по счетам?

+1

2

Голд в задумчивости смотрел на мадам мэр. Невзирая на падение Проклятья и все связанные с этим события, никто не торопился смещать Реджину с поста. Вероятно, потому, что никому другому не хотелось со всем этим возиться – Белоснежка и её принц недурно вжились в роль простых смертных, не желая никакой власти. Будто бы не они отвоёвывали белоснежкино королевство у Реджины много лет тому назад. Впрочем, Голда их устремления мало интересовали. Он пришёл к Реджине со своими вопросами, но, сколько ни вглядывался в её лицо, не уловил ничего подозрительного на словах: [float=right]https://78.media.tumblr.com/tumblr_m37xdk0TfV1qlwmyko7_250.gif
[/float] “Я ничего об этом не знаю, Румпель”. Реджина говорила ровно и ледяным тоном – она явно не горела желанием продолжать беседу. И хотя Голд её заинтересовал, похоже было, что мадам мэр и вправду не осведомлена о…
…планах Ротбарта Нойманна.
А между тем, Голд чувствовал неладное. Он понимал, что Ротбарт может что-то затевать – Румпельштильцхен из Зачарованного Леса достаточно знал об этом колдуне и его упорстве в достижении своих целей. Веретено тоже наверняка понадобилось Ротбарту не просто так, и Голд гадал, что же тот планирует. К сожалению, провидческий дар подкидывал своему обладателю слишком мутные и неопределённые картинки, чтобы Голд мог прийти к точному выводу. В одном он был уверен – Ротбарт что-то нехорошее затевает.
В его городе. В Сторибруке, который пусть и был создан фантазией Реджины, но благодаря Проклятью Румпельштильцхена, и он всё ещё оставался арендодателем земли, на которой стоял этот город. Кроме того, Голд предполагал, что приведёт сюда своего сына, а не сам переедет в Нью-Йорк. Зелья, которое он с особой тщательностью готовил, хватит ненадолго после пересечения границы – может быть, на пару дней. Этого времени будет достаточно на розыски Бэя, но жить в мире без магии Голд не сможет. Он потеряет память о своей истинной сущности и даже на сына взглянет чужими глазами через какое-то время... Нет, в Нью-Йорке делать было решительно нечего, а если Бэй приедет в Сторибрук, то ведь надо заранее побеспокоиться о его безопасности. О том, чтобы никто и ничто не помешали им примириться и наладить отношения друг с другом. Вызнать планы Ротбарта или любого другого злодея из населения Сторибрука, если те захотят устроить нечто глобальное. Реджину сдерживал Генри, но и за ней Голд потихоньку присматривал.
Голд надеялся, что Ротбарт собирается сделать что-то, что затронет только его и Урсулу, и, возможно, девушек из театра, но кто знает, кто знает…
Так или иначе, от Реджины Голд ушёл ни с чем. Закрывая дверь, он поморщился – похоже, теперь либо пойти окольными путями, либо взяться за самого Ротбарта. Всё это вызывало раздражение – Румпельштильцхен хотел заниматься только своим самым важным делом, то бишь поисками сына, а Ротбарт подсунул ему задачку. Ничего. Как-нибудь управимся.
Направляясь к выходу из мэрии, Голд буквально наткнулся на того, о чьих намерениях только что размышлял. На лице Голда тут же появилась знакомая всем сторибрукцам, вежливая до тошноты улыбка.
- Мистер Нойманн, какая встреча! Чудесный день, не находите? – Приветливость Голда, как всегда, констрастировала с внимательным, пронизывающим взглядом его карих глаз. Он чуть тяжелее опёрся на трость и дружелюбно заметил:
- Жизнь в этом городе уже начала налаживаться. Полагаю, и у вас всё хорошо, мистер Нойманн?

+3

3

Ротбарт не думал, что неудача его постигнет так скоро. Поначалу он был уверен, что маленький городок, из которого не сбежать, сыграет ему на руку, но где-то просчитался, и в результате упустил Урсулу, оказался в долгу у Тёмного и не получил Экскалибур. Слишком много просчётов, не находите?
Ротбарту не просто было держать себя в руках и не зацикливаться на неудачах. Он просто не имел на это право. Цена слишком высока, и он не может позволить себе отступить, а потому, как и всегда, пойдёт до конца. Неспроста он столько лет положил на то, чтобы найти возлюбленную, и не страшно, если он потратит на это ещё немного времени. В конце концов, он ждал двадцать восемь лет, чтобы начать воплощать план, и вряд ли найдётся человек, который сможет его остановить. Рано или поздно Артур отдаст меч, ритуал будет проведён, а все неудачи забудутся, как неприятный сон. Все достаточно прозрачно, чтобы не думать об этом двадцать четыре часа в сутки.
И все же неудачи заставляли нервничать, бояться новых просчётов, которые приведут к тому, что весь план полетит к чертям. По этой причине в него ещё не посвящена Реджина, да и Голд по-прежнему в неведении. После сделки с ним, Нойманн не рвался с ним видеться и напоминать о своём долге, не собираясь лезть в пасть ко льву по собственной инициативе. Не исчезала надежда, что получится избежать платы, но это слишком сомнительно. Голд не упустить своего.
Ротбарт устало прикрыл глаза, потирая переносицу. Ещё только первая половина дня, а он уже сводит себя с ума опасениями и страхом перед неудачей. Нервно усмехается, в тайне радуясь, что его никто не видит в таком состоянии: Одиллия занята на репетиции, а секретарь выполняет очередное поручение. Есть ещё Одетт, но она слишком занята планами по освобождению от проклятья. Однажды она освободиться, но ценой за свободу станет её доброе сердце. Самопожертвование может оказаться губительным, но это она испытала на себе давно, когда, защищая сестру, стала лебедем.
Ротбарт на мгновение замирает, прекратив поправлять галстук, осознав, что вновь вернулся мыслями к ритуалу и будущей жертве. Наверное, не стоит и пытаться хотя бы на время забыть о планах, потому что на самом деле только они важны для колдуна. Все остальное его интересовало поверхностно, даже поручения Реджины, оставшейся на месте главы города после снятия проклятья.
Ротбарт не спешил посвящать мэра, оставив это на время, когда будет близок к финалу. Там Злая королева понадобится, а точнее её магия, а пока руководитель театра просто собирался занести ей бумаги, перекинуться парой вежливых фраз и разойтись. Кажется, их беседы в последнее время по-другому и не проходят. Словно не работали бок о бок столько лет и не были одними из немногих, кто сохранил память о прошлом, пока другие жили в мире грёз, принимая за реальность то, чего никогда не было.
Нойманн был рад, что избежал подобного. В каких же глупых ситуациях оказались жители города, когда оказалось, что всё это время находились рядом с врагами? Единственное, о чём сожалел Ротбарт, так это проклятье не соединило его с Урсулой.
В очередной раз задумавшись о возлюбленной, колдун не заметил, что холле мэрии он не один, едва не налетев на мистера Голда, но вовремя остановился. Пора было завязывать с этой привычкой так глубоко погружаться в собственные мысли, что даже не заметил, как преодолел расстояние от театра до мэрии и проворонил того, кого в ближайшее время собирался избегать.
Мистер Голд излучал дружелюбие, но Ротбарт только выгибает бровь, не разделяя радости от встречи, которая, скорее всего, была обманчивой.
- Интересуетесь из праздного любопытства или вам что-то нужно, мистер Голд? – пристально всматриваясь в лицо Тёмного, спрашивает колдун. Внутренне он напрягся, ожидая ответа и надеясь, что не по его душу Румпельштильцхен явился в мэрию. Сбегать он, конечно, не собирался, но и искал повод отложить разговор, однако, для начала хотел услышать ответ, но демонстративно сложил руки перед собой и скосил взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж, к кабинету мэра.

+3

4

Голд мысленно усмехнулся: он и не ожидал, что собеседник придёт в восторг от этой встречи. Сохраняя всё то же благожелательное выражение лица, Голд сплёл пальцы на позолоченном набалдашнике трости:
- Нам всем что-то нужно, мистер Нойманн. Вопрос только в том - что.
Это был весьма прозрачный намёк, вот только "мистер Нойманн" наверняка продолжит прикидываться, пока ему это удобно. Хотя кто его знает - может, он уже дошёл до того состояния нетерпеливого раздражения, когда выкладывают всё начистоту и требуют того же от оппонента. Кое-какую откровенность Голд мог себе позволить, но не во вред делу. По-прежнему он не стал бы просить Ротбарта помочь в поисках сына; Румпельштильцхен всё ещё надеялся справиться с этим в одиночку, а если придётся привлекать кого-то - это будет честный и благородный человек. Как бы странно это ни звучало, Румпельштильцхен ценил эти качества в людях и подсознательно тянулся к светлому и чистому - вероятно, потому Белль сумела в своё время до него достучаться. Но Ротбарт Нойманн к светлым и честным людям никак относиться не мог. Доверить ему самое святое означало показать себя доверчивым глупцом, как полагал Голд в своей неизменной подозрительности.
Жаль, в список того, что мог делать Тёмный, не входило умение читать чужие мысли. Впрочем, Голд надеялся на своё преимущество. Ротбарт задолжал ему услугу, и наверняка это неприятно тяготило его. Тем более, Голд прибегнул к своему любимому приёму: не обозначил, чего именно он пожелает. Он предпочёл бы и дальше тянуть время, однако это могло ударить по нему самому и его планам. Он должен был получить хоть какую-то зацепку, а исходя из этого, набросать собственный план действий. Планировать Румпельштильцхен любил неспешно и долго, но здесь такой роскоши могло и не предоставиться. И тем более, начинать выяснять все обстоятельства надо было, как можно раньше.
- Но мы бы могли это обсудить, - вкрадчивым тоном продолжал он, окончательно остановившись на мысли, что, раз уж такое дело, придётся взяться за Ротбарта непосредственно. - Двое человек всегда могут прийти к какому-либо взаимовыгодному соглашению... как то, что было у меня в лавке, - Голд склонил голову набок и улыбнулся такой улыбкой гиены в сиропе, что не оставалось никаких сомнений по поводу того, что праздное любопытство тут совершенно не при чём. - А раз мы с вами так удачно встретились...
Пожалуй, это могло обернуться удачей для кого-то из них. А может, и для обоих - Румпельштильцхен вперёд не загадывал, теп более, что дар предвидения в Сторибруке работал далеко не так хорошо, как в Зачарованном Лесу, и конкретно насчёт Ротбарта и его планов ничего показать не мог.

+3

5

Ротбарт до последнего надеялся, что встреча с Голдом ограничится пожеланием друг другу «Доброго дня» и никак не повлияет на планы колдуна, но у Тёмного, кажется, свои планы, и уходить он совсем не торопился. Ротбарту же ничего на оставалось, как ждать от него ответа, все так же сжимая в руке папке с документами, а наверху его дожидается Реджина, впрочем, она может и подождать. Не сказать, что Ротбарт горел желанием встретиться с ней, но из двух зол выбирая лучшее, он предпочел бы разговор с королевой, чем с тем, кому успел задолжать.
- И что же хотите вы, мистер Голд? - не меняя выражения лица, чуть склонив голову на бок интересуется Нойманн. Он взглядом пронзает Тёмного, ожидая ответа, напряженно всматриваясь в черты лица мага, что-то замыслившего, но в этом, пожалуй, они схожи, а потому открыться друг перед другом вряд ли когда-то смогут полностью. Впрочем, в душу к Румпельштильцхену Ротбарт и не собирался лезть, пока тот не мешает осуществлению задуманного, но даже после она разве что захочет его смерти.
Колдун не признавался, но в глубине души он опасался, что пойдёт прахом из-за того, что не смог получить веретено, не оказавшись в долгу у одного из самых могущественных магов. Да, порой, он недооценивал противников, но он не мог не признать, что Тёмный имел всё, чтобы уничтожить замысел создателя Лебединого озера, и главное, у него был контракт, на который Ротабрт сам подписался.
Нойманн вскидывает голову на предложение Голда, несколько секунд пристально смотря на мага, а затем кивает.
- Пройдемте, - Ротбарт, не дожидаясь Тёмного направляется к своему кабинету, легко преодолевая ступени и проходя мимо кабинета мэра. Согласится на разговор с магом было не просто, но был ли выбор у Нойманна? Возможно, был, достаточно было хорошо подумать, но пока не видел причин для этого. Рано или поздно Тёмный пришёл бы за своим, это всего лишь вопрос времени, но и раскрывать все карты не собирался.
Открыв дверь, Ротбарт жестом пригласил пройти Голда, а затем закрыл дверь, не давая возможность кому-либо подслушать разговор, пройдя к столу и бросив на него папку.
- Я внимательно слушаю вас, мистер Голд, - Нойманн развернулся к Темному лицом, присев на край стола и скрестив руки. Взгляд впился в мужчину напротив, словно пытаясь разгадать его замысел, но Тёмный всегда был слишком хорошим игроком, чтобы его помыслы были доступны кому-то ещё. - Предлагаю опустить пространственные философские разговоры и перейти сразу к делу, поэтому я очень рассчитываю на то, что вы не станете отнимать моё время попусту и скажете, что вас привело ко мне. Впрочем, я догадываюсь, но хотелось бы услышать лично от вас, вдруг я ошибаюсь.

+4

6

- И что же хотите вы, мистер Голд?
Вот так напрямую, безо всяких околичностей. Неужели Ротбарт вправду рассчитывал, что Голд сразу выложит свои пожелания?
А пожелания у него были самые простые: найти сына и никогда его больше не потерять. Конечно, это не означало, что Голд мгновенно откажется от магии или станет белым и пушистым – он не был уверен, что это изменит его ситуацию, сделает его счастливый конец возможным. Слишком уж много натворил Тёмный в своё время. Однако была надежда, что Бэй станет его искуплением.
Пожелания же Ротбарта могли заключаться в насильственном вырывании “долго и счастливо” у судьбы, а одно такое уже осуществила Реджина, и это не сделало её счастливой. С другой стороны, у неё всё ещё есть Генри.
Как правило, “долго и счастливо” хотели жить все жители Сказочного мира, от героев до злодеев. Поскольку для всех сказочных персонажей существовал фундаментальный закон “счастье – для добрых и честных”, чтобы его обойти, злодеи принимали радикальные меры. Реджина была не единственной, кто мыслил в этом ключе, и, отчаявшись одолеть Белоснежку просто так, наложила Проклятье. Ротбарт мог оказаться таким же и задумать какой-то план, в который, естественно, Тёмного посвящать не собирался. Между тем, у Румпельштильцхена имелись слабости, кроме сына... например, кинжал, и ему совсем не улыбалось, чтобы в результате какого-нибудь внезапного поворота событий кинжал оказался в чужих руках.
То могло оказаться и паранойей самого Голда, но ведь лучше предположить худшее, чем потом наивно удивляться, не так ли? Что бы там ни замыслил Ротбарт, это не должно помешать планам Голда.
- Вы слишком торопитесь, мистер Нойманн, - Голд качнул головой, убирая свесившиеся на глаза волосы назад. – Негоже говорить о делах в коридоре.
Он неторопливо прошёл следом за Ротбартом в его кабинет и, отодвинув кресло, уселся в него без приглашения, чуть отставив трость. Многолетняя выдержка дала свои плоды – как ни сверлил Ротбарт его взглядом, на лице Голда не дрогнул ни один мускул. Не отнимать время попусту, ах вон оно как. Голд мысленно усмехнулся. Он не любил, когда его подгоняли – особенно в делах, которые не терпят спешки. Однако нетерпение Ротбарта было очевидно… и вызывало желание как-то сыграть на нём, вынудить того “раскрыться” хотя бы частично – и, таким образом, дать нужную зацепку.
- Вы очень напористы, мистер Нойманн. Полагаю, в деле получения своего… счастливого конца вы будете упорствовать до конца, - это был выпад почти наугад. Голд ведь не мог утверждать, что все его подозрения – реальность, не получив никаких существенных доказательств, кроме своих построений. Его острый птичий взгляд пронзил собеседника – выдаст тот себя или нет? Не то чтобы Голд рассчитывал на мгновенный результат, но попробовать стоило...

+3

7

От Голда не избавиться, это было так же ясно, как и то, что дважды два всегда будет равняться четырём. Ротбарту не нравится это, но он вынужден терпеть, мириться, принимать ситуацию такой, какая она есть и вести свою игру, пытаясь читать мысли оппонента. Полезная была бы способность, как и умение заглядывать в будущее, чтобы наверняка знать, насколько удачно всё закончится. Колдун бы хотел знать, что нужно Тёмному, чтобы ни о чём не беспокоиться, но придётся ждать, пока маг сам всё расскажет.
В кабинете обстановка более располагающая к разговору, но лишающая возможности внезапно повернуться спиной к мистеру Голду и оставить его наедине со своими домыслами, а самому удалиться восвояси, давая себе передышку и возможность самому выбрать момент для разговора. Выставить тоже не вариант, потому что в будущем он ещё будет нужен, как и его кинжал, а потому не стоит идти на открытую конфронтацию, чтобы не испортить отношений. Но настороженность и ожидание требования платы никуда не делись и вряд ли получится от них избавится в ближайшее время. Разговор с Артуром не способствовал установлению равновесия в душе, а наоборот пошатнул, отчего ко всем остальным Ротабрт собирался подходить осторожно, чтобы нечаянно не испортить весь план.
Голд, не дожидаясь, приглашения, расположился в кресле; Нойманн никак на это не среагировал, его куда больше заинтересовала сказанная Тёмным фраза. Довольно любопытная, режущая слух и неприятно щекочущая нервы. Ротбарту пришлось постараться, чтобы выражение лица не выдало его истинных эмоций, но интерес к сказанному в глазах мелькнул.
- Я любое своё дело довожу до конца, мистер Голд, что бы это ни было, - прозвучало ровно, как нечто очевидно, что Тёмный уже давно должен был увидеть. Оба мага достаточно наслышаны друг о друге, чтобы суметь сделать правильные выводы, или кажущиеся правильными только себе. В любом случае в присутствии Тёмного тяжело расслабиться, а теперь ещё вертелось в сознании множество вопросов, которые хотелось бы озвучить. Например, откуда он знает про счастливый конец для Ротбарта? Кто ему рассказал? Артур, мисс Грей, а, может, Одиллия? Но она не могла явиться к нему без приказа Ротбарта! Тогда откуда он знает? Нашёл сведения о проклятье? Слишком много вопросов.
- Что касается счастливого конца, - Ротбарт потёр лоб, словно собираясь с мыслями, и заговорил только спустя несколько мгновений. – Его все хотят получить. Или я ошибаюсь, и вас не посещала мысль о вашем личном «долго и счастливо»? – пристальный взгляд снова впивается в мага. Глаза смотрят чуть насмешливо в ожидании ответ, а руки за спиной сжимают край стола.

+2

8

Конечно, Ротбарт не стал вести себя, как глупец – не растерялся, не задал вопроса, который сразу выдал бы его с головой – например: “Как вы узнали о том-то и том-то, мистер Голд?” В общем, Голд на быстрый успех и не рассчитывал, но отметил, что его слова возымели свой эффект. Достаточный, чтобы Голд позволил себе ощутить некое удовлетворение. Нойманн, разумеется, не мог не заявить, что он всё доводит до конца. Ох уж это самомнение. Тёмный и сам страдал чем-то подобным в Зачарованном Лесу, за что едва не поплатился пару раз – вспомнить хотя бы досадный, в высшей степени досадный случай с рыжей девицей Анной… Но к дьяволу воспоминания. Надо следить за Ротбартом и его лицом, а также интонациями. Этот разговор не из простых.
– Его все хотят получить. Или я ошибаюсь, и вас не посещала мысль о вашем личном «долго и счастливо»?
А вот теперь уже Ротбарт пытался нащупать слабое место у Голда, по чьим губам скользнула лёгкая улыбка: всё это очень напоминало беседы с Реджиной во времена, когда Эмма Свон приехала в город, но ещё не сняла Проклятье. Реджина так же старалась надавить на бывшего учителя и всё выяснить, его загадки и ребусы действовали ей на нервы ничуть не меньше, а то и больше, чем Ротбарту. Впрочем, с выдержкой у неё было похуже.
Голд согнал улыбку и развёл руками, выпрямляясь в кресле. Его голос звучал спокойно и буднично, словно бы он давно уже смирился с тем, о чём сейчас говорил:
- Любой житель Зачарованного Леса скажет вам, мистер Нойманн, простую истину: злодеи не живут долго и счастливо. Долго – может быть, но не в сочетании со вторым, - Голд чуть прищурил глаза, глядя на Ротбарта. – Неудачная попытка нашей дорогой Реджины добиться своего силовыми методами – лишь подтверждение того, что мы с вами и так знаем. Однако, - Голд сделал паузу, - не всех убедил этот… пример. Есть те, кто скорее попытается изменить окружающий мир под себя, нежели наоборот. И я их… понимаю. Но и в этом случае требуется соблюдать какие-то правила и рамки, иначе можно ошибиться и разом потерять всё. Абсолютно всё, - Голд с задумчивым видом кивнул собственным мыслям.
Его вдруг заинтересовало, знал ли Нойманн, кто на самом деле стоял за Проклятьем и чья рука направила Злую Королеву. Если знал, то, возможно, покажет это хоть жестом, хоть словом.

Отредактировано Mr. Gold (09-04-2018 15:33:51)

+3

9

Ротбарт не перебивался мистера Голда, пока тот рассуждал о том, что сделала Реджина. Это был её способ получить свою порцию счастья, но проклятье не сделало её счастливой, лишь принесло с собой проблему в виде Генри и Эммы Свонн, общими усилиями в итоге снявшие чары с жителей города. Нойманн же был уверен, что будет абсолютно счастлив, когда его проклятье перенесет всех в новую сказку, автором которой станет Ротбарт, и там уже он будет решать, кто достоин счастливого конца, а кому не получить его никогда. Впрочем, вряд ли счастливый конец в этой истории для кого-то возможен, кроме Ротбарт и Урсулы, которую он тоже хочет видеть счастливой. Все разногласия с ней должны остаться в прошлом, в новой жизни им нет места.
На последних словах Тёмного, колдун позволил себе едва заметно улыбнуться. Это походило на угрозу, не открытую, но все-таки что-то в этом было угрожающее. Неужели Голд чего-то боится? Впрочем, на данный момент интереснее, что он знает, но этот старый чёрт уходит от ответа, возвращаясь тому, о чем Ротбарт не готов с ним говорить, а потому магу придутся очень постараться, чтобы добиться от колдуна истины. Ротбарт же продолжает вести свою игру, выражая недоумение по поводу слов посетителя.
- Мистер Голд, могу я узнать, для чего вы начали этот разговор? - подозрительно прищурившись, интересуется Нойманн. Ротбарт обходит стол и садится в своё рабочее кресло, снова устремляя взор на Тёмного, сцепив перед собой руки, и продолжает говорить до того, как Голд взялся отвечать на его вопрос. - Честно признаться, я не совсем вас понимаю. Вы обставили нашу встречу, как случайную, говорите о последствиях попыток достижения долго и счастливо для злодеев, хотя я не припомню, чтобы давал повод думать, что добиваюсь именно этого. Так скажите мне, к чему весь этот спектакль, потому что я теряюсь в догадках, - колдун выгибает бровь, подавшись вперёд. – Вас гложет любопытство, для чего мне понадобилось веретено? Такие вещи не приобретаются для хранения в качестве безделушки, не так ли? Но всё это ваши домыслы, и, как я уже говорил, не понимаю, к чему вы клоните, - Ротбарт усмехается, откидываясь на спинку. Эта игра даже начала ему нравится, не будь она такой утомляющей и не грозящей испортить идеально выстроенную картину. Но а пока колдун щурится от яркого солнечного света, повернувшись к окну. Ненадолго, чтобы вновь сосредоточиться на госте и не упустить ничего важного.

+3

10

- Мистер Голд, могу я узнать, для чего вы начали этот разговор?
Голд и не торопился отвечать на этот вопрос. По крайней мере, напрямую. Ему было любопытно, как много знает о нём Ротбарт и не станет ли для него потрясающим открытием то, что Голд собирался сообщить в качестве косвенного ответа на вопросы, которыми Ротбарт продолжил его осаждать. Разумеется, он, как и Реджина, предпочёл бы откровенный разговор – при этом, не откровенничая сам. Удобно. Герои, светлые на месте Голда так бы и поступили, а то и пригрозили бы беспременной победой добра над злом, забывая, что в мире без магии это далеко не всегда так работает.
А, вот что могло быть причиной уверенности Нойманна в своём “счастливом конце”! Расчёт именно на то, что в этом мире всё несколько… иначе. Что ж. Но ведь Эмма Свон сумела одержать верх над Реджиной Миллс, пусть и не без помощи мистера Голда, верно?
Тем не менее, было похоже на то, что из собеседника просто так ничего не вытянуть. Возможно ли его спровоцировать своим будущим “ответом”? Голд колебался пару мгновений – с Ротбартом было гораздо сложнее, чем с Реджиной, просто потому, что её Голд знал. И то, один раз он недооценил и ошибся – в случае с Белль. Голду не терпелось всё выяснить и вернуться к поискам сына – главной своей цели, – но он опасался, что это гложущее изнутри нетерпение заставит его совершить тактическую ошибку.
- Разве я говорил, что вы давали мне какие-то поводы? – Голд изобразил вежливое недоумение. – Ничего подобного, мистер Нойманн. Дело в другом. Мы с вами не так хорошо знакомы, - Голд поудобнее уселся в кресле, небрежно постукивая пальцами левой руки по обивке, - вам неизвестны мои источники информации, но поверьте – они… достоверны.
Оторвавшись от изучения стола и документов на нём, Голд вернул взгляд к Ротбарту и заметил:
- А хорошо я сделал, запустив магию в Сторибрук, не так ли? К каждому из нас вернулись те умения, которыми он обладал в Зачарованном Лесу. Некоторые из них… позволяют знать, что произойдёт, даже если это касается далёкого будущего. Или не очень далёкого. Неплохой источник информации, не так ли? – Голд уже откровенно усмехнулся. Он прибегал к приёму полуправды и хотел видеть, как это подействует.
В общем-то, Ротбарт мог превосходно слышать о даре предвидения Тёмного ещё до Проклятья – правда, надеяться, что в Сторибруке тот к нему не вернулся. Что ж, Ротбарта ждало разочарование. И только Румпельштильцхен знал, что его дар несовершенен, поскольку сама провидица, умирая, сказала ему об этом, а более он никого в эту тайну не посвящал. Будущее порой оказывалось вовсе не тем, что он думал – но Прекрасный Принц и Белоснежка с трепетом внимали и верили каждому слову Румпельштильцхена, хотя с “финальной битвой”, например, вышло не то, что могло быть. Не говоря уже о всяких досадных нестыковках, случившихся ещё в Зачарованном Лесу. Однако люди ничего об этом не знали и были свято уверены, что дар Тёмного работает, как отлаженный и безупречный механизм. И он охотно поддерживал эти слухи.

+3

11

Непростой диалог выходил на совершенно новый уровень в попытке выяснить, что известно собеседнику, при этом не проговориться самому было достаточно непросто. Голд что-то подозревал и, кажется, решил любыми путями это выяснить, но Ротбарт не собирался так просто сдаваться. Затеянная им игра представляла собой сложную схему и не предполагала ошибок, а признаться сейчас было бы ошибкой. И всё же маг заставил Нойманна внутренне напрячься, внешне оставаясь невозмутимым.
Колдун выгнул бровь, задавая немой вопрос об источниках достоверной информации, желая всё-таки узнать, откуда утечка, чтобы больше никто не смел трепать языком, когда стоит молчать. Подозрение пало на Одиллию, но все же не торопился с окончательными выводами, дожидаясь пояснения от самого мистера Голда. Она последовало, совсем не порадовав Ротбарта. Лучше бы проговорилась Одиллия!
Видение будущего – это очень редкий дар. Настолько редкой, что колдун слышал о нём лишь поверхностно и едва ли ему было известно, что Тёмный действительно владеет этим даром. Те слухи, что доходили до него о способностях Тёмного, он считал приукрашенными, хотя и полностью не отрицал, что они действительно имеют место быть, но тогда для него это было не важно. В те времена Ротбарт стремился к своему собственному могущество и обращение к Румпельштильцхену не в ходило в его планы и даже мимолётных встреч удалось избежать. Просто тогда они не нужны были друг другу, сейчас же всё менялось, и Тёмный нужен, но лишь тогда, когда наступит время.
- Так вы действительно владеете этим даром? До меня доходили слухи, но я посчитал их вымыслом. Занятный дар, - Ротбарт говорил спокойно, ничем не выдавая своего беспокойство. Годы практики не могли пройти даром, пожалуй, он мог стать актёром в собственном театре, если бы в этом была необходимость, но нет, он останется правителем своего маленького королевства, не теряясь среди своих поданных. – Я так понимаю, вы заглянули в будущее. И что же вы там увидели? – колдун подался вперёд, с интересом ожидая ответа. Ему было очень интересно услышать, что именно удалось увидеть Тёмному, к тому, возможно, ответ подскажет, получится ли осуществить задуманное или нет, а, с другой стороны, это была всего лишь проверка слов собеседника. Ротбарт не скрывал, что недоверчиво относится к сообщения о даре предвидения, насмешливо взирая на мистера Голда.

+3

12

Голд закономерно подозревал, что его «занятный дар» обеспокоил Ротбарта куда больше, чем тот показал. Просто он умел скрывать свои чувства, и мысленно Голд мог бы поаплодировать, однако всё, чего он хотел – это заставить маску невозмутимости собеседника треснуть. Демонстративное недоверие к его словам не произвело на Голда никакого видимого впечатления. Он и не ожидал, что Нойманн схватится за голову, вскочит с места и забегает по комнате – не тот это был человек. Но глубоко внутри Голд был почти уверен, что раздразнил Ротбарта в достаточной степени.
Он чуть пожал плечами, вертя в пальцах набалдашник своей трости.
- Занятно, говорите. О, поверьте, ничего такого. Видеть будущее – тяжело, и не самое приятное – осознавать, что ничего не можешь изменить, - Голд говорил довольно мелодраматическим тоном. - Это тяжёлая ноша, которую можно брать на себя, лишь осознавая все последствия...
По правде говоря, не так уж прекрасно он всё осознавал, принимая от провидицы её дар. Но это ведь необязательно озвучивать.
Услышав вопрос, заданный так прямолинейно, Голд сделал небрежный жест свободной рукой:
- Однако, мистер Нойманн! – На губах его расцвела хитрая улыбка – того гляди, пальцем погрозит великовозрастному шалуну. – Кто же говорит о таких вещах просто так? Всё имеет свою цену, а вы, насколько мне известно, ещё за прошлую услугу не расплатились.
Всё это начинало затягиваться. Голд видел, что расставаться со своими секретами Ротбарт не намерен; что бы он ни затеял, об этом придётся узнавать по-другому. Вопрос в том, успеет ли Голд. Долго ли ещё осталось до осуществления замысла Ротбарта. Если потребовать в качестве расплаты за услугу рассказ о том, что же хочет устроить Ротбарт, то он мигом поймёт, что не так уж много дар предвидения Голду и показал.
- Не отнимаю ли я у вас время? – спохватился Голд, вытаскивая на свет Божий старомодные часы на цепочке и внимательно глядя на них. – Пожалуй, пора переходить к сути нашей беседы. Услуге, которую вы мне задолжали, мистер Нойманн.
Голд спрятал часы, щёлкнув крышечкой, и наклонился вперёд. Острый взгляд его упёрся в Ротбарта.
- Прежде чем заключать новые сделки, хорошо бы позаботиться о старых. Вы не согласны со мной? – вкрадчиво уточнил он. На самом деле, Голд вовсе не был уверен, что его собеседник мечтает о новой сделке. – Мы ведь не хотим, чтобы что-то пошло не так.

+2

13

- Вы же пришли не для того, чтобы пожаловаться на то, как тяжело был ясновидящим, - Ротбарт недовольно дёрнул крыльями носа. Ну что за цирк? Оба пытаются вытянуть друг у друга информацию, но никто не хочет проигрывать. Замкнутый круг какой-то, и пора было заканчивать с этой игрой, а Голд заговаривает о новой сделке. Увольте! Ротбарт не был готов к тому, чтобы заключить ещё одну сделку, не расплатившись за прошлую услугу. Его и без того беспокоило, что мистер Голд подпортит ему все планы, а что уж говорить о том, чтобы пойти на поводу Тёмного и повесить на себя ещё один долг перед ним. К такому Нойманн точно готов не был, но у него было, что предложить Тёмному, в дар которого верилось с трудом, в противном случае диалог проходил бы несколько иначе и, вероятнее всего, не был бы мирным.
- Определились с тем, что желаете получить в качестве платы? – Ротбарт снова откинулся на спинку кресла, сцепив перед собой руки. Он совсем не против выслушать мага, но перед этим хотел кое-что предложить своё, уверенный, что к подобному предложению Тёмный не останется равнодушным, и тогда все будут довольно. А, может, и нет, всё зависит от решения, которое примет мистер Голд.
- Но перед тем, как вы озвучите плату за веретено, я хотел бы предложить вам иную сделку. Я расскажу вам о своих планах, точнее то, что в скором времени ждёт Сторибрук, но информация станет той самой платой за прежнюю услугу. Я бы не предлагал вам подобную сделку, не будь уверенным, что информация вас заинтересует, - Ротбарт улыбается, но больше ничего к сказанному не добавляет. Он закинул удочку, а дальше лишь вопрос времени, когда рыбка, поманенная аппетитным червячком вцепится в то, что приведёт её к концу, но об этом необязательно знать мистеру Голду. Нет, лгать никто не будет, но останется маленькая недоговорённость о том, чем закончится ритуал для тех, кто в нему присоединится, а пока Нойманн расслабленно наблюдает за собеседником, сидя в удобном кресле, которое планирует сменить на роскошный золотой трон.
- Простите, что не верю в ваш дар, но пока вам не удалось меня убедить, что вам действительно известно будущее, - откровенная насмешка звучит в каждом слове. Он действительно не верит и дразнит Тёмного, желая того вывести на откровения, которых сам всё это время избегал. Но поддастся ли Тёмный или будет устанавливать собственные правила игры?

+3

14

- Но перед тем, как вы озвучите плату за веретено, я хотел бы предложить вам иную сделку. Я расскажу вам о своих планах, точнее то, что в скором времени ждёт Сторибрук, но информация станет той самой платой за прежнюю услугу. Я бы не предлагал вам подобную сделку, не будь уверенным, что информация вас заинтересует.
Голд едва не фыркнул. Только он сам об этом подумал - и пожалуйста, Ротбарт предложил, словно прочитав его мысли. Однако Голд был уверен, что подобных способностей у этого колдуна никогда не было.
- А вы мне нравитесь, мистер Нойманн, - улыбнулся он краем рта. - Вы упорно не верите в то, что мне известно что-то решающее, и пытаетесь поймать меня на крючок своим предложением, которое выгодно для вас со всех сторон. Ведь вы вольны утаить многое, сокрыть от меня самое важное... в ваших планах. О да, но вы сказали, что они у вас есть, - улыбка Голда стала шире. - Спасибо, что подтвердили мои видения.
Он выслушал откровенные сомнения в своём даре, скучающе полуприкрыв глаза. Игра продолжалась, но Ротбарт начал в своём нетерпении слишком откровенно давить, подумалось Голду. Очевидно, всё это наскучило им двоим, но уступать не хотелось. Как бы не дошло до открытого противостояния - Голд вовсе не этим хотел заниматься, он рассчитывал целиком посвятить себя тому, ради чего прибыл в этот мир.
- Я не собирался вас убеждать. Это было... предупреждение, - мягко уточнил он. - Сожалею, но ваше предложение я вынужден отклонить. Что касается цены, которую я хотел озвучить...
Он помедлил, раздумывая. Любые слова можно вывернуть наизнанку. Любые. Или всё же нет?
- Мне нужны не рассказы, мистер Нойманн. Мне необходимо, чтобы ваши планы не разрушили мой счастливый конец, - Голд сохранял подчёркнутое спокойствие, - это, собственно, всё, что мне от вас нужно.
Возможно, видение будущего и так покажет ему ту частичку информации, которой Ротбарт готов был поделиться. Возможно, и нет. В любом случае, Голд не жалел о том, что отказался от предложенного. Слишком хорошо он знал, как можно играть словами, выдавая одно за другое. Голд не хотел стать пешкой в чьей-то игре, он достаточно долго был кукловодом и дёргал за ниточки, чтобы убедиться в том, сколь незавидна участь марионеток.
- Ах да, - прибавил он, поднимаясь с кресла легче, чем этого можно было ожидать от хромого человека с тростью, - если вы так заинтересованы в том, насколько хорошо я вижу будущее, спросите об этом Белоснежку и Прекрасного Принца. Они вам поведают, кто и в каких обстоятельствах предрёк появление Эммы Свон в Сторибруке...

+3

15

Ротбарту хотелось рассмеяться на утверждение Голда, но он лишь улыбается, позволив себе хохотнуть. Забавное заявление, которое снова ничего не доказывает, и тем более не убеждает в том, что Тёмный действительно смог рассмотреть будущее, которое Нойманн готовит сказочным жителям. Стоит признать, достаточно тёмное будущее и безрадостное, узнай о котором выстроилась бы очередь за головой Ротбарта, и Тёмный был бы в этой очереди одним из первых, если не первый. Дар должен был ему показать истину, но либо маг лжёт, либо дар дал сбой, либо что-то утаивает и в будущем колдуну стоит соблюдать осторожность. Впрочем, осторожность никогда не повредит. 
- Не уверен, что в Сторибрке есть человек, не имеющий никаких планов. Они есть у всех, мистер Голд, и меня удивляет, что именно мои планы вызывают у вас беспокойство, - продолжил Ротбарт играть в неверующего в волшебный дар Тёмного, продолжая настаивать на том, что он совершенно не понимает Голда, не знает о чём речь, а всего его планы не несут в себе никакой опасности. И он исключительно доброжелательно настроен к жителям Зачарованного Леса, угодивших в ловушку под названием Сторибрук.
- Я не собирался рушить ваш счастливый конец. Этого даже в мыслях не было, если, конечно, ваш счастливый конец не угрожает моему, но, пожалуй, в этом мы с вами солидарны. Каждый хочет урвать свой кусочек счастья, не так ли?
Ротбарт уже не улыбался, наблюдая за тем, как Голд поднимается с кресла, тяжело опираясь на трость. Странно, что до сих пор не вылечил ногу, а ходит хромым, будто наказывая себя за что-то. Неужели даже Тёмному присущи простые человеческие слабости? Наверное, не Ротбарту об этом говорить. Он и вовсе положил свою жизнь на то, чтобы вернуть возлюбленную, без сомнения прибегая к необходимым жертвам, ломая чужие жизни, а то и вовсе отнимая этот бесценный дар. Чужая жизнь всегда ценилась ниже, чем своя, свои желания и стремления. 
- Спасибо за совет, мистер Голд, как-нибудь обязательно поинтересуюсь, -  отвечает колдун, на самом деле даже не думаю отправляться к чете Прекрасных, чтобы убедиться в том, что Тёмный не солгал о своём даре. Почему-то была уверенность, что услышит именно то, что хочет маг, а потому не имело смысла тратить время на бесполезные беседы.
- Зря вы отказались от сделки. Возможно, объединившись со мной, вам свой счастливый конец было бы обрести гораздо легче, - словно невзначай добавляет колдун, но взгляд его был направлен в сторону, не на Тёмного, которого мысленно уже выпроводил за дверь.

+3

16

Голд никак не отреагировал на то, что Ротбарт продолжал ломать комедию. Он сам, помнится, занимался чем-то подобным в те времена, когда Проклятье ещё не пало и Реджина пыталась выяснить, помнит ли он о своей прежней жизни в Зачарованном Лесу. Даже до приезда Эммы Свон мадам мэр не могла поверить, что её учитель согласился лишиться памяти, не заготовив какую-нибудь хитрость. Отчасти она была права. Но какой ему был прок изнывать от скуки в повторяющемся дне целых двадцать восемь лет? Только после появления Эммы началась настоящая игра, и Голд почувствовал себя, как рыба в воде.
Что касается Ротбарта, то, какой бы масштабный план он ни задумал, ему явно понадобится нечто большее, чем веретено. Не стоит торопиться, но нельзя и медлить. Голд слегка приподнял брови, услышав «Я не собирался рушить ваш счастливый конец. Этого даже в мыслях не было, если, конечно, ваш счастливый конец не угрожает моему».
Что мешало Ротбарту солгать? Голд был не слишком высокого мнения о тех, кого в его прошлой жизни называли злодеями. Для многих из них делом чести было не сдержать слово, а обмануть того, кто по наивности или глупости решил им довериться. Голд утешал себя мыслью, что у него самого имелись кое-какие принципы. И он всегда предупреждал о том, что магия имеет цену – это в буквальном смысле было так. Какой же меркой мерить Ротбарта, он не мог сказать с уверенностью. Разумеется, с ним придётся труднее, чем с упомянутыми Белоснежкой и Дэвидом или собственным личным «монстром» – Реджиной. Однако Голд не собирался позволять кому бы то ни было вставать на своём пути, что недвусмысленно отразилось в его глазах.
- Вашему? С милой… Урсулой? Да пожалуй, что нет, - улыбнулся Голд, сплетая пальцы на позолоченном набалдашнике трости. – Но позвольте усомниться в ваших последних словах. Каждый имеет право на сомнения, верно?
Ротбарт полагал обмануть его такими словами – после того, как сам же Голд упомянул о том, что злодеи не живут «долго и счастливо»? Подобные речи со стороны Голда ясно показывали его скептическое отношение к попыткам забрать то, что не положено. Да, возможно, в его жизни мог наступить период отчаяния или той мнимой уверенности, за которой кроется страх и пустота – период, когда он сам попытался бы поступить, как Нойманн. Но это лишь в случае, если б он утратил надежду вернуть сына и хоть немного, да измениться ради него, ради новой надежды на всё то же «долго и счастливо»… В этом мире свои правила, но что-то подсказывало Голду, что жители мира сказок и легенд по-прежнему продолжат жить по собственным законам, и добро всё так же будет в чести, а зло…
Что ж, он ведь никогда не хотел быть злодеем. Так сложились обстоятельства.
- Не могу пожелать вам удачи, мистер Нойманн, - обернулся Голд от двери, открывая её взмахом руки, - но могу посоветовать вам… быть осторожнее. Помните о нашей сделке.
И снова тень угрозы мелькнула в его чертах. Голд переступил порог, и неторопливо удаляющийся стук его трости постепенно затих.

+3


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » ИНВЕНТАРЬ ХРАНИТЕЛЕЙ СНОВ » • Коварство тебе имя [четвёртый сюжетный эпизод]