Выбирая путь через загадочный Синий лес есть шанс выйти к волшебному озеру, чья чарующая красота не сравнится ни с чем. Ты только присмотрись: лунный свет падает на спокойную водную гладь, преображая всё вокруг, а, задержавшись до полуночи, увидишь, как на озеро опускаются чудные создания – лебеди, что белее снега, и с ними Королева Лебедей - заколдованные юные девы, что ждут своего спасения. Может, именно ты, путник, заплутавший в лесу и оказавшийся у озера, станешь тем самым героем, что их спасёт?

Время в игре: май (первая половина)
дата снятия проклятья - 13 апреля
Наверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » УЗЕЛКИ НА ПАМЯТЬ » (Не)Бойтесь не желаний, а их исполнителя.


(Не)Бойтесь не желаний, а их исполнителя.

Сообщений 31 страница 35 из 35

1

http://forumfiles.ru/files/0017/3a/33/45251.png

https://78.media.tumblr.com/tumblr_mekxazEB5F1rrqb1eo6_250.gif

https://c.radikal.ru/c35/1805/d5/b6903f85873e.gif

Желания имеют свойство сбываться, главное захотеть и знать, что за них придётся заплатить.
(НЕ)БОЙТЕСЬ НЕ ЖЕЛАНИЙ, А ИХ ИСПОЛНИТЕЛЯ.
http://funkyimg.com/i/2yiqq.png

П Е Р С О Н А Ж И
Румпельштильцхен&Медея

М Е С Т О   И   В Р Е М Я
Зачарованный лес, задолго до Заклятья

http://forumfiles.ru/files/0019/3f/c4/42429.png
Медея от отчаяния решилась на то, что для многих было самым страшным поступком. Заключить сделку с Тёмным магом. Вот беда, только она совершенно не знала, что у него попросить, а Румпельштильцхен не любит, когда его время тратят зря. Кто же знал, что эта странная встреча будет иметь долгосрочные последствия не только для Медеи, у которой появится цель, но и для Тёмного мага, у которого появится ученица.

[AVA]http://s7.uploads.ru/R7Ydf.png[/AVA]

Отредактировано Helen Foster (31-05-2018 14:03:30)

+1

31

Надо признаться, оговорился Румпельштильцхен не случайно. Он уже предчувствовал, что настырная девица имеет много шансов записаться к нему в ученицы, а раз такое дело, то и при нём будет постоянно, задания выполнять станет, в качестве талисмана пригодится, и так далее. Поэтому Румпельштильцхен позволил себе сказать «твой учитель», подметив с мысленной усмешкой, что после этих слов Медея буквально воспрянула духом. Однако ненадолго – новое задание, как и ожидалось, совсем не привело её в восторг. Румпельштильцхен выслушал это «Если решите не давать мне ещё один шанс, то прошу оставить меня там», скептически приподняв бровь. Было похоже на то, что Медея говорит правду, а не пытается произвести впечатление глупым пафосом. Нет, он помнил, что она рассказывала о себе, как она упорно сконцентрировалась на одной-единственной идее – стать его ученицей. И всё же… Тёмный впервые сталкивался с таким явлением, как «Стать ученицей Румпельштильцхена или умереть», и хотя он успел свыкнуться с зацикленностью Медеи на его персоне, что-то приводило его в лёгкое замешательство. На лице Румпельштильцхена это отразилось лишь на мгновение, а затем сменилось привычной маской, и, как ни в чём не бывало попрощавшись с рыжей упрямицей, Румпельштильцхен вернулся в свой замок.
Явился он, как и обещал – дав Медее отдохнуть один день. На сей раз она могла полюбоваться новой деталью его гардероба – куском длинного кружева, свисавшим с шеи наподобие шарфа.
- А вот и я! – радостно возвестил Румпельштильцхен, словно пришёл забирать Медею на увлекательную прогулку. Большинство людей начинали испытывать к нему отвращение, видя такие спектакли и полагая, что боль и горе человеческое для бессмертного колдуна лишь забава. Однако Румпельштильцхен не снимал свою маску, кроме как в исключительных случаях, продолжая глумиться даже там, где это было кощунственно, издеваясь над чужими мертвецами, обычаями, слезами и напастями. Можно подумать, судьба поступает иначе, а ведь Тёмный – лишь одно из её орудий.
- Готова, я надеюсь? – Большие выпуклые глаза Румпельштильцхена обежали Медею с головы до пят, он хихикнул. – Прочитала все молитвы, перебрала все воспоминания о прошлом, дорогушенька?
Не дожидаясь ответа, он взмахнул рукой, и магия сиреневыми облачками обволокла их с Медеей и перенесла в нужное место. Румпельштильцхен указал когтистым пальцем на подземный ход, заваленный множеством камней, и доверительным тоном сообщил:
- Очевидно, здесь давно никого не было. Ничего не изменилось с тех пор, как я приходил посмотреть! Что ж, оно и к лучшему! Камешки, полагаю, сама расчистишь, - Румпельштильцхен сцепил пальцы обеих рук перед собой и посмотрел на Медею. Во взгляде его плясали озорные огоньки, в глубине души же он был напряжён. Что-то подсказывало, что девчонка может и не справиться с этой задачей. Надо следить за ней в оба, а если что пойдёт не так, подключить свою собственную магию. Незаметно.
- Сосредоточься, помни, что это задание – очень важное и тут одной выдержкой не обойтись, - Румпельштильцхен поковырял носком щегольского сапога траву и посмотрел на Медею. – В твоём распоряжении ровно столько времени, сколько понадобится, чтобы солнце опустилось за горизонт. На закате я вернусь.
[icon]http://s7.uploads.ru/t/SlsGX.gif[/icon][nick]Rumplestiltskin[/nick] [sign] [/sign]

+1

32

За те сутки, которые Румпельштильцхен дал ей отдохнуть, что-то изменилось в Медее. Она не собиралась думать о причинах, будь то мифическое влияние Бесконечного леса, тяжесть ответственности перед третьим, последним испытанием, или сорвавшуюся с их губ связку "Наставник" - "Твой учитель". Совсем скоро её жизнь должна была перевернуться, знаменуя успех или погребая под поражением, но сколько можно бояться? Ей нечего терять, кроме самой возможности воплотить в жизнь призрачное будущее, которое себе нафантазировала. За её спиной пустота, пропасть, выжженное поле прошлого. О ней некому вспоминать, сожалеть, оплакивать. Она была уверена, что мать, как только узнала о смерти мужа Медеи, похоронила её, посчитав, что та окончательно стала чудовищем. А не вздрагивает ли мать по ночам, слыша случайные скрипы старых половиц, решив, что дочь пришла и за её жизнью? Медея не хочет знать ответ, ей хватает, что наверняка ещё и не в одной деревне её имя сродни беде, неприятностям, проклятью, которое испортило, оборвало некоторым жизнь. Этот последний свободный день Медея и впрямь гуляла по лесу и вспоминала свою прежнюю жизнь, осознавая, что ни за что не вернётся к ней. Лучше смерть. Да, она не предел мечтаний в качестве ученицы. Медея до сих пор боится проявить свою силу, словно кто-то может это увидеть, узнать, обвинить, осудить, но она умеет быть верной и старательной. Ей нужно стать ученицей Румпельштильцхена, чтобы узнать себя настоящую. Ту, что всё время скрывалась в тени чужих надежд, неоправданно загнанную, оклеветанную, вынужденную от отчаянии, непонимания и боли совершить ошибку, стоившую ей слишком дорого - жизни ребёнка. Медея слишком долго бежала. Пора остановиться, выдохнуть и побороться за то, что хочет. Это не испытание Румпельштильцхена, это испытание её судьбы. Сможет - значит, достойна жить. Нет - там ей и место, под землёй. Медея ничуть не кривила душой, когда сказала Тёмному не спасать её. Она не захочет смотреть ему в глаза после провала, не сможет слушать слова, которые тот захочет сказать, прежде чем прогнать. Пусть лучше так. Ну разве что Румпельштильцхен захочет себе новый стол.
    Медея почти не спала, даже и не пытаясь себя мучать жалкими попытками уснуть. Да и зачем? Спокойное бодрствование давало ей больше сил, чем безумные кошмары. Так она хотя бы контролировала свою фантазию и бессмысленное желание суеты в подготовке. Медея приказала себе ни на что не надеяться, а жить здесь и сейчас. В эту секунду принимать решения. Да и в конце концов, сколько можно вести себя, как глупая девчонка? У неё есть цель и есть магия, с помощью которой она должна её добиться. Всё просто и никаких вариантов, поэтому сердце бьётся ровно, настраивая на борьбу. Бежать больше некуда.
- Ваше Темнейшество, рада Вас видеть, - искренне улыбнулась Медея, когда Румпельштильцхен появился рядом. Она уже была готова - лишь удобная походная одежда и никаких запасов воды, еды или ещё каких подручных средств, которые Медея набирала все предыдущие испытания. Это было другим. Особенным. Решающим. Всё, что ей нужно - это она сама. - Разве Вы не слышали моих молитв? - сразу же, как только они появляются на новом месте, Медея деланно удивляется, мол, как же так, я старалась, но это отнюдь не издевательство - её голос звучит ровно, сообщая, что так или иначе, но она думала о нём. Сердце предательски, не поддаваясь никакому контролю, ускоряет свой ритм, заставив вид вокруг заиграть новыми красками, стать чётким, чтобы она поняла - теперь всё реально. Никакой глупой надежды. Приказала себе Медея, искоса посмотрев на Румпельштильцхена. А ведь до его появления всё было значительно проще, даже неминуемые кошмары фантазии, которая всё же подкидывала ей варианты того, что Медею ожидает. Его нахождение рядом отвлекало, потихоньку раскаляя нервы, которые она вполне успешно сохраняла целый день. На его земле. Рядом с его замком.
- И не только камни, - спокойно ответила Медея, открытым взглядом посмотрев ему в глаза. Она не знала, что он увидит - тлеющие искры упрямой, неубиваемой надежды на успех, в глубине карих глаз, решимость дойти до конца и принятие даже дурного исхода, или тающие льдинки страха, что эта встреча будет их последней. Не так уж и важно, пока Медея отпечатывала его образ в памяти. Того, кто подарит ей желаемое - саму себя. А это важно, несомненно очень важно. А выдержка, или нет, какая разница? - Вы помните, о чём я просила, - сухо сказала она. Конечно, помнит. - А теперь прошу простить, негоже заставлять призраков ждать развлечения дольше положенного, - чуть приподняв уголок губ в улыбке, Медея на мгновение задержала взгляд на длинном кружеве, спадающего с шеи Румпельштильцхена, а затем резко развернулась, направляясь прочь от него, а поближе к груде камней, которая весьма символично загораживала проход. Она не стала углубляться в разговоры о том, сколько ей осталось, зачем Тёмному возвращаться, и что ей делать, если как и в первый раз нарушит сроки. Бесполезная трата этого самого времени. Неимоверным усилием воли заставив себя не оборачиваться, дабы посмотреть, исчез ли Румпельштильцхен или нет, Медея посмотрела на заваленный проход. При желании можно было попробовать всё сделать просто и обычно - физически вытащить некоторые не такие большие камни, но что-то ей подсказывало - камни здесь давно, последний желающий, если и был, то особого рвения не проявил, чтобы от них избавиться. Да и должной физической силой Медея не обладала, не говоря уже о полном отсутствии какого-либо подходящего инструмента для подобных дел. Кроме магии. Подавив неясное раздражение, что она едва ли знает, за что взяться, Медея глубоко выдохнула, резко взмахнув рукой в сторону самого верхнего камня, который как ей показалось меньше всех был зависим от других. Камень едва ли шелохнулся, разве что почище стал от тонкого слоя зелёного мха. Хорошее начало, браво. Мрачно подумала Медея, с трудом вспоминая, что вообще хотела сделать - сдвинуть, притянуть или ещё каким образом избавиться от камня? Ледяной пласт внутреннего спокойствия, который она взрастила за сутки, затрещал и раскололся. Один. Единственный. Булыжник. И никакой реакции. А для того, чтобы даже такой хрупкой женщине, как Медея, пройти внутрь, надо разобрать их достаточно. Она вновь подняла руку, внезапно вспомнив, как соседка так же рьяно пыталась от неё избавиться в вечер перед отъездом, когда Медея зашла к ней в дом с просьбой ненадолго дать два табурета, что не хватает гостям, на что соседка в ответ жутко бросила ей "Сгинь! Сгинь! Нет ничего". Медея сама не заметила, как слишком яркая картина воспоминаний перед глазами померкла, заставив её вскинуть ладонь в сторону камней, отчего сразу три камня буквально растворились. Выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, Медея едва ли могла справиться с неуместным сейчас сожалением, что со стыдом выбежала из её дома, вместо того, чтобы защитить себя! [AVA]http://s7.uploads.ru/R7Ydf.png[/AVA]
[nick]Medea[/nick]

Отредактировано Helen Foster (25-07-2018 23:01:12)

+1

33

- Вы помните, о чём я просила.
Румпельштильцхен махнул рукой – дескать, помню, помню прекрасно. Вот только его куда больше интересовали собственные желания, нежели чужие просьбы. Медея, может, и рада умереть, если у неё ничего не получится, а вот Румпельштильцхена её смерть не обрадует – конечно же, только потому, что он лишится возможности заполучить в свои руки ходячий талисман удачи! Так что, хочешь ты этого или нет, дорогушенька, а я буду за тобой присматривать.
- Удачи в нелёгком деле, - осклабился Тёмный, видя решимость Медеи, - и один небольшой, но очень ценный совет – сама убедишься потом. Эмоции. Не забывай об эмоциях!
Дав этот, впрочем, весьма туманный с виду совет, Румпельштильцхен исчез, на сей раз без спецэффектов, и в следующий миг уже неторопливо шагал к Тёмному замку. У дверей оного обнаружился краснолицый посетитель с целой телегой капусты. При виде хозяина он немедля кинулся к его ногам и попытался поцеловать металлическую пряжку на обуви.
- Тебе чего надо? – ленивым тоном осведомился Румпельштильцхен, отдёрнув ногу. Вот же не вовремя явился! Настроения заключать сейчас сделку у Румпельштильцхена не имелось, тем более с таким увальнем, который наверняка ничего ценного при себе не имеет.
- Господин, - залепетал краснолицый, неуклюже поднимаясь на ноги, - мне сказали, вы сможете мне помочь в моей беде
- Я тебе что, добрая фея? – Румпельштильцхен выразительно скривился.
- Феи отказались помогать! А я тогда к вам… Но мне платить нечем, кроме вот… - Посетитель робко кивнул на кочаны.
Румпельштильцхен покрутил головой, дивясь человеческой глупости, и, подняв руку, указал пальцем за свою спину:
- Вон.
- Господин, это дело жизни и смерти!
- Убирайся ко всем чертям! – рявкнул Тёмный, и бедолагу как ветром сдуло.
Ворча себе под нос, что крестьяне окончательно обнаглели, Румпельштильцхен распахнул двери замка, зашёл внутрь и спустя какое-то время сидел за столом, поставив перед собой хрустальный шар и глядя, как Медея старается управиться со своим заданием. Сюртук был снят и небрежно брошен в соседнее кресло, пара пуговиц на жилете расстёгнута, на подносе рядом стояли фарфоровая чашечка с наколдованным чаем и блюдо с печеньем, которое Румпельштильцхен подцеплял когтями и забрасывал целиком себе в рот, не забывая наблюдать за упрямой девчонкой. Говорят, от рыжих либо большие неприятности, либо большая радость. Вот он, Румпельштильцхен, и проверит эту поговорку на деле!
[icon]http://s7.uploads.ru/t/SlsGX.gif[/icon][nick]Rumplestiltskin[/nick] [sign] [/sign]

+1

34

У Медеи проявилась или обострённая мнительность, или приступ излишней чувствительности, но стоило ей избавиться от необходимого количества камней, как ей начало казаться, что за ней наблюдают. Начинающая ведьма понятия не имела о возможностях призраков и что её ожидает внутри, поэтому была готова смириться с тем, что уже здесь не одна. Довольно легко перебравшись по камням внутрь, Медея подумала, что будь у неё впереди вечность в столь небольшом месте, то она бы или сошла с ума, или развлекалась бы с каждым, кто сделал бы глупость к ней зайти. Но сейчас она была на месте этого самого глупого гостя, которого впереди ждала лишь темнота пещеры. Не успела она даже пальцем пошевелить, как из тьмы на неё посмотрели два огромных, гипнотизирующих глаза, неестественно ярко сверкнули огромных два ряда белых зубов, и из огромной пасти в её сторону вырвался поток огня. Всё это произошло в какую-то ничтожную долю секунды, Медея не успела даже испугаться, потому что воспоминания о столь похожей пламенной расправе над двумя предателями вспыхнули неистовой яростью. Огонь - это её стихия! Она готова была здесь умереть, но не повторяя же судьбу мужа! Медея сама не поняла, что произошло, когда, встряхнув руками, сделала шаг навстречу совершенно неопаляющему огню, который буквально растаял, коснувшись её лица лёгким дуновением. Ведьма удивлённо посмотрела вокруг, не найдя никаких признаков не то что пламени, но даже неясного подобия дракона, исчезнувшего дымкой.
    - Хорошая шутка, - выдохнула Медея, только сейчас заметив, как подрагивают пальцы от ощущения призрачного дыхания смерти. Пусть и ненастоящей. Не удивительно, что немногие после такой встречи продолжали путь, а не бежали без оглядки куда подальше. Если бы не Румпельштильцхен... Помня слова будущего Наставника про эмоции, она придержала воспоминания о том дне, что полностью перевернул её жизнь - об измене мужа и его ядовитых откровениях. Вскинув руки уже с настоящим огнём на ладонях, уже она отправила один яркий сгусток пламени внутрь пещеры, освещая тьму впереди. К очередному изумлению ведьмы, огненный шар врезался в землю не так уж и далеко от неё. Или здесь ничего не было, или нужно искать какой-то потайной ход. Пользуясь тем, что с пламенной частью своей магии Медея знакома лучше, чем со всем остальным, она стоя на месте высветила огненными всполохами это небольшое подобие тоннеля, заметив дверь, конечно же в другом конце пути. Всё, как и полагается. Не иначе, как стоит сделать шаг и дальше продолжатся неожиданности. Конечно, первое огнедышащие создание было похоже на охранное, но всё же смахивало и на простое развлечение хозяина этого места. Разве не весело слышать крики ужаса, заплетающие ноги, и возможно даже видеть судорожные попытки наглецов поскорее отсюда сбежать? Медея неопределённо улыбнулась, не то с явным одобрением, не то с недовольством, что она совершенно не представляла, что ожидает её впереди. Только стоять на месте всё равно бесполезно, время неумолимо утекает, а избежать уготованной судьбой участи всё равно не получится. Отсюда она выйдет или ученицей Тёмного, или не выйдет вообще. Это её решение неизменно.
    Сделав несколько аккуратных шагов, Медея напряжённо всматривалась в тьму, едва ли освещаемую двумя огненными шарами в её ладонях, и прислушивалась к малейшему постороннему шуму. Ей не хотелось бы, чтобы какая-нибудь острая, внезапная ловушка одним металлическим свистом прекратила её жизнь. Рано, Медея ещё не поборолась за успешный исход испытания. Только стук её собственного сердца казался таким громким, что за ним она не услышала бы даже решись кто к ней подойти со спины. Едва не потеряв бдительность, она вовремя заметила, как подошла слишком близко... к обрыву. Шумный вдох, отчего огонь вспыхнул лишь сильнее. Снова. У. Обрыва. Пусть и маленького, но ямой это не назовёшь, дно не просматривалось даже когда ведьма скинула вниз сгусток пламени. Добраться до двери можно было только по воздуху, не иначе, или попытать неимоверную удачу и попробовать перепрыгнуть на другую сторону, которая хотя бы была видна в отблеске магического света. Это что, препятствия из её собственной жизни? Сначала непрошенные воспоминания с полыхающим домом вместе с прелюбодеями, то теперь эта пропасть, от которой её чудом забрал Румпельштильцхен. Но здесь его нет, чтобы спасти Медею снова. Перемещаться на расстоянии, как сделал бы это Тёмный, она совершенно не умела. Летать - тем более. Выбор был небольшой - повернуть назад или прыгать. Оценив примерное расстояние, сердце Медеи забилось с удвоенной силой. Высота заставила бы голову кружиться, если бы не тьма, царившая вокруг. Она не позволяла Медее в полной мере осознать угрозу, но и без этого было понятно - шанс добраться своими силами до другого края минимален. - Тоже мне, ведьма, - злобно фыркнула Медея, вспомнив, что должна годится не только относительно успешно управлять огнём, но и на многое другое. Если хочет выжить и добиться своей цели, то просто обязана сотворить мост. Какому магу нужна бездарная, глупая ученица?
    Ей показалось, что до появления совершенно обычного, хлипкого мостика с несколькими ступеньками, уже прошла как минимум вечность! Она никак не могла сосредоточиться, отвлекаясь на сгущающуюся вокруг тьму и тихие шорохи, не то реальные, не то придуманные распалённым сознанием, лишённого ночью сна. И всё то же упрямство заставляло её вновь и вновь пытаться сотворить что-то стоящее. Мрачно взглянув на дело магии своей, Медея была уже готова даже по этому мосту попытаться перейти - стоять на одном месте было невыносимо. Она заставила огненный шар всплыть выше и освещать ей путь, но Медея не хотела смотреть вниз, её взгляд был сосредоточен на том месте, где во мраке таилась спасительная дверь. Шаг, ещё один, третий, сердце готово выпрыгнуть из груди, пламя в левой руке то начинает гаснуть, то вспыхивает сильнее от каждого неуверенного, но такого необходимого шага. 
    Всё, что происходило дальше смазалось в сознании Медеи в один сплошной поток тяжёлого, удушающего страха, что другого шанса справиться с заданием не будет. То, что мост разрушается, ведьма ощутила сразу. Бесплотная, отчаянная попытка прыгнуть и вцепиться в край земли тонкими пальцами, выскрести шанс на спасение, закончилась неожиданным осознанием - никакого обрыва нет, она распласталась на твёрдой земле, словно  прилегла отдохнуть. Только не успела ведьма даже ощутить облегчение, как услышала тихий смех. Её огненный шар с шипением погас, будто его облили водой, а Медея смогла только громко выдохнуть, когда почувствовала, что та самая земля исчезла, и она свободно летит вниз навстречу тьме, которая заволокла и её сознание.
    Не самая страшная смерть из всех сотен вариантов, что когда-то посещали Медею после того самого побега подальше от горящего дома. Блаженная равнодушная пустота, обещающая покой, от которого она давно избавилась. Только не о том Медея мечтала, не того хотела...
    - Какая забавная. Давно ко мне глупенькие девчушки не забегали.
    Чьи-то глухие, едва различимые слова. Она жива?
[AVA]http://s7.uploads.ru/R7Ydf.png[/AVA]
[nick]Medea[/nick]

Отредактировано Helen Foster (19-08-2018 00:53:19)

+1

35

Не такое это было и развлечение, если посмотреть с точки зрения обыкновенного смертного. Однако Румпельштильцхен ещё и не такое видел за свою богатую событиями жизнь. Он пристально наблюдал за тем, как Медея справлялась с пламенем, бормоча себе что-то под нос. Румпельштильцхену было известно, что часть ловушек в этом месте буквально соткана из воздуха, и если не поддаваться страху, то ничего тебе не сделается. Но как поддашься – иллюзия может превратиться в реальность, и тогда Медее придётся несладко. Но разве не поэтому он за ней присматривает? Нельзя надеяться только на удачу – её запасы, увы, не безграничны.
Румпельштильцхен поднёс чашку с наколдованным чаем ко рту и чуть не поперхнулся: Медея внезапно очутилась у обрыва.
Каким-то сверхъестественным образом призрак, не нашедший себе покоя, выбирал именно те ловушки, которые могли напомнить людям об их прошлом, о болезненных переживаниях или решающих моментах. Магия, витающая вокруг, помогала ему выстраивать поистине чудовищные лабиринты и сводить с ума беспечных охотников за волшебными сокровищами, доводить их до сердечного приступа, мучить или убивать на месте. Вот и теперь призрак приготовил сюрприз.
Румпельштильцхен порывисто отставил чашку – что сделает Медея, как поступит? Черты его слегка расслабились, и он одобрительно цокнул языком, когда Медея принялась сооружать мостик. Оставалось надеяться, что она правильно использует эмоции…
Румпельштильцхен затаил дыхание, как Медея ступила на свой мостик. Он казался таким непрочным, того гляди рухнет, не выдержит... Румпельштильцхен напрягся и подался вперёд, не отрываясь взглядом от поверхности шара, а затем рука его поднялась сама собой, и подсознательно он был готов вмешаться, если…
…Мост начал разрушаться. Румпельштильцхен, кажется, почуял это ещё раньше, чем увидел, и покрутил запястьем. С его гибких золотистых пальцев слетело лёгкое облачко дыма и всосалось в шар с тихим хлопком.
Румпельштильцхен откинулся назад и побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. Вряд ли Медея сумела бы заметить его вмешательство, слишком она была растеряна и сбита с толку. Но пока ей ничего не грозило, а уж если она решит бесславно ползти к выходу, махнув рукой на свои устремления, призрак вовсе может её отпустить. Хоть и не сразу.
Однако Румпельштильцхен был убеждён, что назад Медея не пойдёт и трусить не станет. Уголки его губ раздвинулись в усмешке, и Румпельштильцхен лениво потянулся за печенькой. Ну же, вставай. Он словно говорил с упрямой девчонкой, находясь рядом, но нет – всё ещё сидел перед столом и пристально смотрел в шар. Неужели так рано решила сдаться?[icon]http://s7.uploads.ru/t/SlsGX.gif[/icon][nick]Rumplestiltskin[/nick] [sign] [/sign]

+1


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » УЗЕЛКИ НА ПАМЯТЬ » (Не)Бойтесь не желаний, а их исполнителя.