В СТОРИБРУКЕ

Время в игре: май (первая половина)
дата снятия проклятья - 13 апреля

Обзор событий:
Магия проснулась. Накрыла город невидимым покрывалом, затаилась в древних артефактах, в чьих силах обрушить на город новое проклятье. Ротбарт уже получил веретено и тянет руки к Экскалибуру, намереваясь любыми путями получить легендарный меч короля Артура. Питер Пэн тоже не остался в стороне, покинув Неверлэнд в поисках ореха Кракатук. Герои и злодеи объединяются в коалицию, собираясь отстаивать своё будущее.

РАЗЫСКИВАЮТСЯ





Волшебное зеркало:

волшебное радио книга сказок


Выбирая путь через загадочный Синий лес есть шанс выйти к волшебному озеру, чья чарующая красота не сравнится ни с чем. Ты только присмотрись: лунный свет падает на спокойную водную гладь, преображая всё вокруг, а, задержавшись до полуночи, увидишь, как на озеро опускаются чудные создания – лебеди, что белее снега, и с ними Королева Лебедей - заколдованные юные девы, что ждут своего спасения. Может, именно ты, путник, заплутавший в лесу и оказавшийся у озера, станешь тем самым героем, что их спасёт?



НОВОСТИ

Ничего нового
Наверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » ДРЕВНИЙ СВИТОК » • It's a game. Did you pass? [28.04]


• It's a game. Did you pass? [28.04]

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s8.uploads.ru/wh7tg.gif
«Call it an alliance. That's permanent.».
IT'S A GAME. DID YOU PASS?
http://funkyimg.com/i/2yiqq.png

П Е Р С О Н А Ж И
Моргана ле Фей, Артур Пендрагон, мистер Голд

М Е С Т О   И   В Р Е М Я
28 апреля, первая половина дня, лавка Голда

http://forumfiles.ru/files/0019/3f/c4/42429.png
Не бывать счастью Ротбарта. Уж не тем путём, которым задумал это колдун, точно.

Отредактировано Arthur Miller (26-06-2018 14:25:54)

+3

2

Моргана шла под руку с братом, весело смеясь какой-то его шутке. Их сегодняшняя прогулка не была случайностью, но непринуждённость, с которой женщина опиралась на руку Артура, едва ли об этом говорила. Они ненадолго замерли на перекрёстке, словно бы решая, в какую сторону пойти, а потом направились к антикварной лавке. Не вполне то место, куда стоит вести красивую женщину — всё же ювелирный магазин или ресторан подходили лучше, — но Моргана только устроилась на новой квартире и вполне могла хотеть чем-то её украсить, а Артур, как владелец банка и один из самых обеспеченных людей города, мог удовлетворить её прихоть. Пока они были заперты в этом маленьком мире, стоило получать от него все удовольствия, которые он был готов ей предоставить.
Так полагала Моргана, но, тем не менее, она редко делала что-то случайно. После разговора с братом, произошедшим несколько дней назад, Моргана предприняла самые минимальные действия для того, чтобы удовлетворить потребность Артура в героизме. Она встретилась с Одетт и поспособствовала её знакомству с братом, поговорила с Ротбартом и позаботилась о защите. Теперь, по её размышлениям, можно было предпринять более активные действия. Например, переговорить с теми, кому идея Ротбарта может также не прийтись по вкусу, но кого сам колдун захочет к себе в союзники. В конце концов, он говорил о счастье для злодеев, а кем, если не злодеем, был Тёмный из Зачарованного Леса?
По крайней мере, многие говорили о нём именно так. Сама Моргана не сталкивалась с его злодействами и из опыта прошлых лет считала его вполне разумным мужчиной, наделённым немалой силой. Моргана думала, что сила эта может в любой момент поглотить его, но годы шли, а Тёмным здравствовал. На её взгляд, это, в числе прочего, также указывало на его разумность и осторожность, а разумный и осторожный человек не захочет, чтобы в Сторибруке было сотворено ещё одно серьёзное заклятие с не вполне ясными последствиями.
Так размышляла Моргана, но в лавку они пришли готовые к любому стечению обстоятельств. В том числе, и к тому, где Тёмный, знаменитый своими сделками, уже находился на стороне Ротбарта и активно помогал ему.
Колокольчики мирно звякнули, впуская улыбающуюся женщину в чёрном брючном костюме, подчёркивающем стройность её длинных ног. Ещё одно новаторство современности, которое нравилось Моргане, хотя ничего против платьев и юбок она не имела.
Здравствуйте, мистер Голд, — произнесла Моргана, подолгу останавливая взгляд то на одном, то на другом предмете, выставленном на витрине. Она не смотрела на пожилого аккуратного мужчину и, по договорённости с братом, собиралась предоставить ему роль парламентёра. Сама же Моргана выступала, скорее, в качестве страховки. Она собиралась уберечь Артура от необдуманных слов и ненужных сделок.
Я тебе говорила, Артур, это мистер Голд подобрал ту чудесную квартирку, в которой я сейчас живу. Я обратилась к нему по старому знакомству, — обратилась к Голду Моргана, скорее, из необходимости. Все арендуемое имущество принадлежало ему, и Моргана предпочитала говорить с владельцем, а не с какими-то третьими и четвёртыми лицами. Но нельзя сказать, что ей подобное сотрудничество было неприятно или чем-то настораживала. Моргане нужна была квартира, у Голда она была и они быстро нашли общий язык.

+3

3

Когда колокольчик возвестил о визите посетителей, Голд как раз отдёрнул ширму, собираясь выйти из подсобки. В последние несколько дней он чувствовал растущее напряжение – работа над зельем для пересечения границы заканчивалась, а это значило, что надо приступать ко второму этапу плана. Голд не мог не испытывать некоего трепета при мысли о том, что он всё ближе и ближе к своей цели, и предсказание сбудется. А тут ещё интриги, которые плетёт Ротбарт, Питер Пэн, шастающий по Сторибруку, ещё какие-то тени, которые грозили сгуститься над городом – Румпельштильцхен подозревал, что список злодеев и просто опасных личностей гораздо длиннее, чем он думал. Всё это заставляло его держаться настороженно, особенно после того, как он открыл в Хелен Фостер свою ученицу Медею и хотел, чтобы в городе было безопасно для неё, а потом и для Бэя, которого Голд планировал привезти в Сторибрук любой ценой. Иными словами, забот и тревожных мыслей хватало. Но для посетителей Голд выглядел таким же невозмутимым, как обычно, антикваром в безупречном тёмном костюме, с тростью и золотым зубом.
- Доброе утро, - ответил он на приветствие Морганы. – Мистер Миллер, - прозвучало более официально, в то время как в интонациях Голда, когда он заговорил с Морганой, чуткий слух уловил бы некую толику расположения. С мистером Миллером Голд был знаком лишь потому, что это маленький городок, где нельзя не знать банкира. С Морганой же Румпельштильцхен имел дело в прошлом и нашёл её одной из тех, кто не вызывал у него обидной снисходительности или ехидства. Моргана прожила очень много лет, и в её взгляде и поведении отражался весь полученный опыт, делавший её мудрой и рассудительной ведьмой. Обыкновенно Тёмному не приходилось разговаривать с подобными людьми, а Моргана в Зачарованном Лесу оказалась по воле судьбы; он был не против таких знакомств, новых историй и занятных поворотов.
Голд сразу понял, что эти двое пожаловали к нему не просто так. Он нюхом чуял какой-то важный разговор, однако и виду не подал, продолжая демонстрировать любезную улыбку. Когда Моргана упомянула о квартире, Голд выглядел так, словно для него это было в порядке вещей – подбирать подходящие жилища для красивых женщин.
Откровенно говоря, он был удивлён, когда имя Эммы вернуло ему воспоминания и в памяти всплыло лицо матери-настоятельницы. Голд был уверен, что это место займёт добродетельно-гнусная Голубая фея, она же Рул Горм. Но Моргана! Её проклятая личность казалась полной противоположностью той ведьме, с которой Румпельштильцхен некогда разговаривал в Зачарованном Лесу. Поистине забавно, но теперь всё вернулось на свои места, и Голда это вполне устраивало, ибо в Моргане он врага не видел. Пока.
- Для меня было удовольствием оказать вам эту небольшую услугу, - прокомментировал Голд маленькое вступление Морганы. Склонил голову набок, затаив в глазах любопытство. – Чем я могу вам помочь?

+2

4

Мистер Голд, — ответно нейтрально и официально звучит приветствие Артура, в то время как сам мужчина на мгновение погружается в думы о том, известно ли хозяину антикварной лавке и не последнему человеку в Сторибруке об его истинной личности. Но лишь оттого, как несколько дней назад колдун Ротбарт тыкал в него именами, и совсем ненадолго, поскольку это его не слишком интересует в свете визита к ростовщику. Да и город этот столь мал, что узнать о ком-то что-то труда не составит даже в случае личного нежелания узнавать. Кто-то кому-то рассказал, кто-то кому-то донес, шепнул за чашкой кофе утром — Артур отвлекается от главного. Он качает головой, ловя себя на странном волнении, которому не должно быть места. Уж не от самого утреннего визита к мистеру Голду — точно. Скорее ему следует волноваться о том, не преуспел ли Нойманн, сманив Тёмного мага на свою сторону в искусственном создании счастья, не опередил ли, предложив что-то, от чего этот человек, имеющий определенную репутацию в городе, не смог отказаться. Но, Пендрагон откидывает и это — сложно, с усилием для себя, после разговора с Чеширским котом, к которому, как Артур думал, он тоже был готов, — бросает короткий взгляд в сторону сестры, которая, казалось бы, непринужденно рассматривает на витринах разного рода антикварные безделушки, параллельно рассказывая ему о том, что именно этот человек помог ей с поиском квартиры.
Артур улыбается, смотрит на хозяина лавки, в одно мгновение решая для себя, что, несмотря на первоначальную задумку прощупать ситуацию с помощью расспросов, не станет заходить в этом разговоре издалека, подготавливая собеседника. Голд не выглядит дураком, Голд, если обращать взгляд на двадцать восемь лет проклятья, оставил о себе у Миллера впечатление делового человека, который также ценит время. Тем более, что он сам вот и спрашивает, чем может помочь.
Впрочем, именно о помощи или же нет, Артур, пожалуй, будет решать позднее и в зависимости от того, как пойдет беседа.
Квартира действительно чудесная. Спасибо вам за помощь, — Артур пересекает зал, останавливаясь в одном шаге от прилавка, — Однако, мы пришли к вам по другому вопросу, мистер Голд. Не бытовому, магическому, — он говорит ровно, не стирая нейтральной улыбки с лица, поправляет манжеты рубашки, казалось бы, отвлекаясь от сути дела, с которым они с Морганой пришли, но тут же, после короткой паузы, измеряемой едва ли одним вдохом, возвращает заинтересованный взгляд к собеседнику, — Достоверно известно, что готовится очередное заклятье, призванное обеспечить счастливым концом злодеев, несправедливо обделённых в этом вопросе. Достоверно известно, что готовит его Ротбарт Нойманн,«Полагающий себя обделённым больше остальных», — на этой мысли британец тихо хмыкает и продолжает, серьёзным, деловым тоном, — Я намерен ему помешать, не допустить очередной магической волны, которая по прихоти безумца накроет этот город и, возможно, не только его. И нам с сестрой бы очень хотелось узнать о вашей лояльности и заинтересованности, поскольку вы, мистер Голд, имеете определенное влияние, как в Сторибруке, так и в целом в мире колдовства и Ротбарт, как нам думается, мог бы увидеть в вас союзника.
Разумеется, Артур не рассчитывает на полностью правдивый ответ. Ведь это Тёмный маг, тот самый, прославленный своими сделками. Но надежда на успешность этого визита, весьма отчётливо маячила у Артура перед глазами, подкрепленная здравомыслием Голда, о котором Пендрагону говорила сестра.
Сила, опыт, незаурядный ум и виртуозное умение крутить обстоятельствами так, чтоб оказываться в выигрыше — такой союзник был необходим Ротбарту, равно как и самому Артуру, выступая если не явной, то фоновой поддержкой в планируемой войне против Нойманна. Даже без доверия и с опасениями в сторону возможности Тёмного повернуть в любую сторону.

Отредактировано Arthur Miller (15-09-2018 06:35:31)

+3

5

Моргана благосклонно кивнула головой. Слова о «небольшой услуге» вызвали у неё мимолётную улыбку. Проклятье работало забавным образом, делая всех в равной степени несчастными, но мистер Голд, как и в мире под названием «Зачарованный Лес», процветал и оказывал услуги за плату, справедливую с его точки зрения. Впрочем, в отличие от многих, Моргана не могла сказать, что недовольна сделкой или чувствует себя сколько-либо обманутой. Наоборот, всё обстояло самым чудесным образом. Она жила с убеждением, что с любым человеком можно договориться и к любому найти подход, в особенности, если не делать одолжения и не высказывать неуважения. Маг, заставляющий трепетать целый мир, мог быть тёмным, злым, жестоким, но уважение всё же заслуживал, поскольку был достаточно силён для того, чтобы погрузить мир в хаос, и достаточно умён, чтобы не делать этого. Иные сочли бы это за мелочность, но Моргана видела в его поведении мудрость и дальновидность. Именно поэтому полагала идею переговоров с ним удачной. Поэтому и по той простой причине, что он хорошо понимал природу магии.
Слушая Артура, Моргана отвлеклась от созерцания большой и подчёркнуто вычурной вазы. Она никогда не говорила брату, как следует или не следует поступать. В отличие от современниц, которые считают нужным напоминать мужчинам о том, что те должны или не должны делать, ведьма знала, что хорошая женщина, будь то сестра, жена или любовница, никогда не унизит любимого мужчину, никогда не оскорбит недоверием, никогда не подорвёт его уверенность в себе наставлениями.
Моргана могла подтолкнуть своего короля к правильному поступку рассказами, баснями, предположениями, но никогда бы не сказала «я думаю, что мы должны поступить таким образом». Когда Артур высказал предположение, что им нужно прийти к Голду и осторожно прощупать его на предмет лояльности Ротбарту, ведьма лишь улыбнулась. Она глубоко сомневалась, что от такого прощупывания выйдет толк. Тем не менее, Моргана не стала об этом говорить, и только кивнула, поскольку особого вреда не видела в том, чтобы позабавить Тёмного мага.
Теперь же Артур поступал именно так, как она считала правильным — вежливо, честно и бесхитростно. Именно такая политика переговоров подходила ему — Королю Британии — как никакая другая.
Мой брат прирождённый дипломат, — произнесла Моргана, с обожанием взглянув на Артура, ловко не назвавшего Голда несчастным злодеем. Чудо его жизни всё ещё будоражило её, всё ещё окунало в то ощущение безмерного счастья, за которое, как она надеялась, уже было уплачено долгими годами горя и скитаний. Может быть, и годами смирения в монашеской рясе. Мысль эту ведьма находила скорее забавной.
Я ходила к Ротбарту. Меня, по некоторым признаком, тоже можно было счесть обделённой счастьем и в достаточной степени недоброй, — она с улыбкой тактично исключила определения «ведьма» и «интриганка». — В прошлом я имела с Ротбартом знакомство и полагала, что беспрепятственно смогу войти в его коалицию и узнать подробности о планируемом заклятье. Пожалуй, мне действительно удалось бы сделать это, но разговор с ним заставил меня потерять всяческое терпение, — тень досады и раздражения легла на лицо Морганы. Вспоминая, как она вытягивала из колдуна информацию, учила его, как убедить себя, давала совсем ненужные ему подсказки, ведьма испытывала настоятельное желание разбить ещё один бокал. Желательно о красивое, породистое, но уж больно самодовольное лицо Ротбарта.
Артур назвал его безумцем, и я присоединюсь к этому мнению. Он сошёл с ума, потерял всяческое представление о достойных и недостойных поступках, но, более того, утратил связь с реальностью. Я бы сказала, что он не особо стремится добиться своего. Он как преступник, который только мечтает о том, чтобы его поймали, о том, чтобы привлечь внимание, — «Урсулы», — мысленно закончила Моргана.
Некоторые встречи стоит анализировать спустя время, когда раздражение отпускало и возвращалась способность верно оценивать поступки. Моргана отличалась рациональностью во всём, кроме Артура, и поведение Ротбарта вызывало в ней диссонанс, поскольку до этого дня, до этой встречи она полагала его умным мужчиной, но, возможно, он также отличался рациональностью во всем, что не касалось любви.
«Если это, конечно, любовь, а не одержимость», — подумала ведьма, вспоминая свой гнев — колдун планировал лишить свою возлюбленную свободы воли. Более того, нечто подобное он предлагал сделать и ей!
Сомневаюсь, что сам Ротбарт способен довести это мероприятие до сколько-либо годного конца. По крайней мере, один, — она перевела взгляд на Голда. — Вы кажетесь мне тем человеком, чья помощь могла бы переломить стрелку весов в пользу Ротбарта. Именно поэтому мы с братом пришли уточнить у вас — как вы смотрите на новое проклятье? Находится ли в зоне ваших интересов целый мир, построенный по образу и подобию колдуна? «Быть может даже, по образу и подобию того озера, в котором он черпает свои силы, поскольку Ротбарт говорил, что они иссякают». Уверена, что вас он навестил в первую очередь.

+3

6

В Сторибруке было немалое количество людей, которых Голд не знал и чьи истинные имена были ему неизвестны – а всё потому, что Заклятье охватило не только Зачарованный Лес. Однако о том, кто такой мистер Миллер, Голд как минимум подозревал, а уж после решительной и прямой речи, с коей к нему обратился бывший король Камелота, стало ясно, что все подозрения и догадки есть правда. В манерах Артура сквозила уверенность, свойственная лишь тем, кто повелевал в прошлом, а его честность – черта, присущая всем героям. Едва заметная улыбка скользнула по лицу Голда – он испытывал определённую слабость к героическому племени. Эти люди не думают, прежде чем броситься в пекло. Их ведут принципы, а не выгода для себя любимых. Они бесстрашны, потому как для них хуже потерять честь, чем расстаться с жизнью. Румпельштильцхен всегда мечтал стать именно таким человеком – но стал Тёмным. Полной противоположностью любому герою.
Но ему было не до абстрактных размышлений. Артур и Моргана и вправду пришли не просто так, и вслед за первым заговорила вторая. Голд внимательно слушал обоих, спрашивая себя – подумали ли они, что, будь он на стороне Ротбарта, он не стал бы этим делиться? Не стал бы дьявольски хохотать, суля всем, кто не присоединился, сплошные несчастья? Ни Эмма, ни Реджина так до конца и не поняли, на чьей Голд был стороне, пока Заклятье не пало, а между тем, всё объяснялось просто – он был на своей собственной стороне и поддержал сперва ту, кто наложила Заклятье, а затем ту, кто должна была его разрушить. Ничего сложного.
В данном случае дело обстояло немного иначе. Голд изначально не собирался поддерживать планы Ротбарта, в отличие от планов Реджины в своё время, но законно предполагал, что его могут подозревать в обратном. Он был – казался – одиноким человеком, а что Заклятье его рук дело и он не просто наставник Злой Королевы, а изначально кукловод, и всё это играло именно ему на руку, эти двое знать не могли. Как и о планах Голда вернуть Бэя.
- Мне кое-что известно о том, что задумал Ротбарт, но, признаться, далеко не всё, - Голд неторопливо прошёлся вдоль прилавка, останавливаясь у шахматной доски с затейливо вырезанными фигурками. – Не скрою, о счастливом конце для себя мечтает каждый. Но ещё никто не добился его насильственным путём, - Голд одним мановением руки расставил позицию, в которой куча белых фигур и пешек буквально задавила чёрного короля, прижав к краю доски. – Ротбарт полагает себя умнее всех, смелее и удачливее. Полагает, что осуществит то, чего не удалось Реджине, но я сомневаюсь в успешном исходе дела, - Голд отвлёкся от доски и многозначительно посмотрел на своих собеседников. Его опасения были подтверждены, но зато у Ротбарта появились противники. Это весьма радовало, но... Могла ли Моргана вести двойную игру, вот в чём вопрос. Голд не сумел бы ответить точно, но полагал, что она достаточно мудра, чтобы понимать – счастье обретается иным путём. Да и на несчастную злодейку Моргана не походила.
- Давайте заключим маленькую сделку – у меня к ним слабость, - Голд сделал извиняющийся жест – мол, что ж теперь поделать. – Вы расскажете мне о том, чего от вас хотел Ротбарт – а он наверняка чего-то хотел, - веретено было взято не просто так, а в смутных видениях Голда фигурировал ещё и некий трезубец, что наталкивало на мысли, - а я выскажу... свои соображения.
Предложение Голд сделал почти наугад – могло статься так, что о планах Ротбарта Артур и Моргана узнали вовсе не потому, что он от них чего-то хотел. И тем не менее, этот вопрос надлежало прояснить, он очень важен.
Ротбарт был одержим своей идеей. Он наверняка привлёк к делу кого-то из своих подручных, кои были у всякого уважающего себя сказочного злодея. Но для полноценного ритуала нужны не только помощники.

+3

7

Моргана, как всегда полагал Артур, была умнее, мудрее нежели он, она умела лучше и грамотнее вести дела и любые переговоры, она ловко и виртуозно наставляла короля — тихо, незаметно для окружения, но не того же Мерлина, который снисходительно молчал на этот счёт. Но ранее, в их общее прошлое, окрашенное королевским пурпуром, имевшее вкус сладких вин и запах военных костров, у нее не было возможности вести дела полноценно от своего собственного имени, говорить в полный голос. Даже элементарно договаривая то, что умалчивал или же забывал Артур. Поскольку она, пусть и была дочерью и женой короля, но оставалась женщиной. Обученной грамоте по всем правилам того времени, знающей о политическом устройстве государства многое, но всё ещё женщиной, с которыми в тёмное время раннего средневековья почти не считались. Теперь же, в этом новом мире и новой, дарующей второй шанс на совместное счастье, жизни, его сестра наконец обрела голос. Она говорила то, что ждал от неё Артур, то, что он хотел слышать — она мягко договаривала за ним необходимые в этом предприятии обстоятельства и подробности, о которых Артур по своему обыкновению не думал, упрощая свою речь и сокращая фразы. Это было с одной стороны несколько непривычно, учитывая воспоминания, что холодным потоком хлынули с падением проклятья, но в то же время и безмерно любопытно, интересно.
Артур едва ли заметно улыбается, когда сестра заканчивает говорить, в то время как мысль четкая и ясная, но несколько отстранённая от общего дела, касается Морганы, напоминая, что всё дело в их отношениях, его любви к этой женщине — иную он бы вряд ли допустил вмешиваться во что-то столь важное для него. Он переводит взгляд, теперь уже более внимательный, к складывающейся в Сторибруке ситуации в целом, и в частности тому, что начал говорить Тёмный маг, пытливо рассматривает шахматную доску, на которой Голд с помощью магии, эффектно расставил фигуры, загнав черного короля в матовую сеть белых. Красивый эндшпиль, но — Артур хмыкает, — по его собственным представлениям, Ротбарт не был похож ни на короля, ни тем более на бога, которым мнил себя для нового, планируемого мира. Ротбарт достаточно знал о власти магии, но когда-либо имел ли он дело с ответственностью, настоящей, дарованной не колдовством, а взрощенной совестью и важностью обязательств перед кем-то? Ответ у Пендрагона, уверенного в своей правоте, был один — нет.
Помимо желания счастья, есть ещё власть. Как и в случае с мадам Мэр, вероятнее всего, её заместитель тоже окажется у руля в новом мире. Но не стоит забывать, что не сама власть развращает людей, а дураки, забравшиеся на вершины власти, развращают её.
Однако, это дело второстепенное, которое можно отложить до следующей встречи с рыжим чёртом, сейчас же, сию минуту занимательным был вопрос новой сделки. Британец вскидывает брови, не скрывая своего удивления, направленного не на само предложение, а скорее на стечение обстоятельств и то, что за последние дни он слишком много заключает сделок, а потом снова хмыкает.
Это соглашение на первый взгляд кажется простым. Уж проще того, что была совершено с Чеширским котом, который в их встречу на днях прямо потешался над Артуром. Вроде бы никаких подводных камней, только слово стоимостью слова. Информация взамен информации, интересной обеим сторонам, поэтому бывший король не думает, кивает.
Мистер Нойманн собирает ингредиенты для своего заклятья, — с уверенностью начинает Пендрагон, берёт с доски одну из фигур и крутит её, рассматривает, — От меня лично ему нужна была кровь и Экскалибур, — он пожимает плечами и ставит пешку обратно, — Пожалуй, ничего особенного, если не считать его настойчивости в желании получить необходимое и непоследовательности, с которой метались его фразы от предложения, к угрозам, а потом к попытке также предложить сделку, — Артур улыбается, по прошествии нескольких дней произошедшее в здании мэрии уже более веселит его, подогревая азарт — Нийманн не был готов к тому, что за кровь придётся побороться, а с получением меча и вовсе возникнут проблемы, — Стоит ли упоминать, что ни одно, ни другое он не получил?

+3

8

Моргана мимолётно усмехнулась, услышав про «кое-что». Этот небольшой, на первый взгляд, человечек умел собирать информацию и умел правильно ею пользоваться. Она даже сама себе не признавалась, сколько надежд на него возлагает именно из-за этого таланта, а не по причине большой магической силы.
Он довольно скрытен, — рассеяно произнесла Моргана, говоря о Ротбарте. Более ей нечего было сказать на слова мистера Голда. В первую очередь, потому что она была с ними согласна от и до. Все желают счастья и это естественно, но счастья не добиться насильем или задав соответствующее желание. Счастье — это результат ежедневного труда. Именно по этой причине богатые и праздные бывают столь же или более несчастны, чем бедные, довольствующиеся тёплым хлебом. Ей нечего было сказать на слова Голда, потому что Ротбарт действительно считал себя умнее и лучше всех, и не был способен услышать какие-либо доводы против своей идеи. Ей нечего было сказать Голду, поскольку он был достаточно хитрым и себе на уме, чтобы говорить именно то, что его гости хотят услышать. И это на удивление мало беспокоило Моргану.
Вполне возможно, что ему известно даже меньше, чем Пендрагонам. Моргана допускала подобную идею, хотя не особо в неё верила, но не почувствовала бы себя обделённой, не получив полноценной выгоды от разговора, поскольку основным её желанием было предупредить, поставить в известность и, по возможности, настроить против идей Ротбарта. В политике и переговорах не всегда важно знать, врёт человек или говорит правду, не всегда важно быть уверенным в потенциальном союзнике, порой достаточно просто зародить сомнения. Если ей удалось бы сделать это, она бы считала встречу успешной.
Моргана допускала даже, что мистер Голд может быть на стороне Ротбарта. В конце концов, он прав — счастья для себя желает каждый. Ротбарт не отличался красноречием и, вероятно, с большим трудом отыскивал союзников, но Голд или кто-то вроде него вполне мог использовать колдуна для своих целей. Откровенно говоря, именно этого Моргана опасалась больше всего.
Она внимательно выслушала Артура, его короткий, ёмкий и одновременно включающий в себя всю необходимую информацию рассказ. Моргана улыбнулась. Многие имеют тягу говорить за других, но Артур предоставлял ей возможность освещать свою встречу с Ротбартом самостоятельно, несмотря на то, что уже слышал о ней. Она была ему за это благодарна, поскольку не решила ещё, что и в каком количестве стоит рассказать.
От меня Ротбарт хотел того же — крови Артура и Экскалибур. Мы проговорили довольно долго. У меня было намерение втереться к нему в доверие, и своё красноречие я не теряла даром, но по мере того, как я вытягивала из Ротбарта правду об его намерениях, их перспектива всё менее меня устраивала. Он предлагал мне безопасность Артура, королевство для него в будущем мире и говорил о возможности сохранить память. В конечно итоге, из его рассказа следовало, что он собирается создать не просто мир, в котором возможно его личное счастье. Он планирует мир, которым будет править и в котором все будут его марионетками. Фактически он собирается повторить Сторибрук, но, если можно так выразиться, с блэкджеком и шлюхами, — Моргана едко улыбнулась. — Он также намекал на большое количество ингредиентов, сложность и подготовку, но был вполне уверен в успехе.

+3

9

Голд кивнул словам Артура - кому, как не Тёмному, знать о том, как велико притяжение власти. Вот только Румпельштильцхен никогда не хотел править - чужим страхом и трепетом он насытился сполна, а дворцовая роскошь, трон и корона его мало интересовали, так же как и титулы. У него был свой зловещий титул, своя власть, гораздо более реальная, нежели у любого правителя. Было время, когда - захоти этого Бэй - Румпельштильцхен подарил бы ему и корону, и всё, что угодно, но сын хотел лишь одного - вернуть отца прежним. Увы...
Значит, ингредиенты. Всё сошлось. Отныне с полной уверенностью можно утверждать, чего желает Ротбарт, и Голд мысленно усмехнулся: нет. В его планы это не входило никоим образом, не говоря уж о том, что довериться такому же тёмному колдуну, как он сам, мог только отчаявшийся человек или глупец. От отчаяния Голд был весьма далёк, а глупцом себя не считал.
Кровь и Экскалибур. Ротбарт их не получил. Замечательно.
Голд слегка улыбнулся в ответ, подняв глаза на собеседника.
- Рискну предположить, что и не получит, мистер Миллер, - это был явный намёк на Моргану, заговорившую следом. Она подтвердила невысказанные догадки - с ингредиентами Ротбарту будет сложновато. Если он рассчитывает получить кровь Артура...
- Есть у меня мыслишка, - задумчиво произнёс Голд, гадая, не подберёт ли в будущем Ротбарт ключик к Моргане, - что кровь понадобится не только ваша, мистер Миллер. Если бы речь шла о Заклятье, касающемся лично вас, я бы предположил, что именно она столь важна. Но нет. Магия крови - особенна. Вы, - Голд пристально посмотрел на него, - король и герой. Вы можете входить в некое число... тех... чья кровь нужна для конкретно этого Заклятья.
Голд раздумывал над тем, где Ротбарт должен хранить свиток со своим Заклятьем. В театре? Слишком явно и просто. У него имеются свои тайники. Если бы наткнуться на какой-то след...
- Вопрос в том, кто эти люди. Возможно, среди них и я, - Голд широко улыбнулся, сверкнув золотой коронкой, как если бы эта мысль его забавляла. - Но пока Ротбарт заходил ко мне... за веретеном, - он смотрел на Моргану, словно спрашивая, говорит ли ей эта информация о чём-то. - Именно тогда я и заподозрил что-то неладное. Уверен, что это был не просто внезапный весенний визит в лавку антиквара. Теперь что касается мира с Ротбартом-божеством и его послушными куклами...
Голд определился с точным ответом. Он понимал, что его ждут, что уклониться не выйдет, и в целом, не видел в этом смысла - положившись на то, что Моргана Артура не предаст. Сам он вступать в сговор с Ротбартом не намеревался, так к чему юлить там, где можно проявить искренность, слегка отступив от известного сторибрукцам образа?
- Вы знаете, кто я такой. Доверять мне или нет - ваше дело, но вот в чём штука - ничьей марионеткой, даже, возможно, привилегированной я быть не намерен, - Голд щелчком пальцев сбил чёрного короля, и тот покатился по доске и замер у края. - Если вам понадобятся мои услуги, - Голд скрестил руки поверх трости и со своей привычной полуулыбкой смотрел на Артура и Моргану, - то вы всегда можете к ним прибегнуть. За небольшую плату, разумеется, но таковы законы моего волшебства: даром тьма не помогает.

+3

10

Разумеется, — коротко в ответ произносит Артур, снова умолкая и давая сестре возможность говорить, а самому себе слушать. Слушать снова принесённые Морганой из театра Нойманна вести, которые вызывают в душе бывшего британского короля волну теперь уже холодно гнева. Самоуверенность колдуна Ротбарта поражала его, что тогда, когда состоялся их разговор, что потом, а целеустремлённость - забавляла. Впрочем, целеустремлённость в конечном итоге была тут очень и очень чудной, поскольку Ротбарт ставил перед собой цель, видел средства, но пользоваться ими не мог. Не умел? Не хотел?
Артур хмыкает своим мыслям и переключает внимание на Тёмного мага, хмурится, ощущая что-то схожее с разочарованием. Нет, разумеется этот визит несёт с собой какие-то плоды и не так бесполезен, как думается сейчас Артуру, но удержаться от досады ему не удаётся. То, о чем говорит мистер Голд - это не что-то новое, это то, о чём они с Морганой уже знали идя сюда. Ну, конечно же, Ротбарту нужен не один Экскалибур и кровью лишь одного Пендрагона не обойтись, логично предполагать, что в состав этого нового заклятья входит много (или нет) других ингредиентов. Да чёрт возьми, сам Артур только что говорил об этом же. Британец поджимает губы, качает головой и прячет руки в карманы, он весьма заметно злится неравноценности этой очередной для него сделки. Его снова словно бы пытаются облапошить - информация о намерениях колдуна взамен соображений, которые на деле лишь подтверждение узнанному ранее. Однако Артур благоразумно берёт себя в руки и пока что молчит об ушлости, о которой с огромным желанием бы высказался в адрес Голда, продолжает слушать, не вынимая рук из карманов, сжимает их в кулаки, выдыхает свою спонтанную ярость, что не принесёт пользы в данном и конкретном случае. Тем более, что из следующих слов, как только приходит спокойствие, мужчине всё же удаётся выловить что-то полезное для своего крестового похода против Ротбарта.
Тёмному магу не на руку новый мир, говорит сам маг, а потом предлагает сделку.
«Да что ж это такое, эти торгово-рыночные отношения когда-нибудь закончатся?!» — Артуру с огромным усилием удаётся не засмеяться на это, а лишь хмыкнуть, однако и этого достаточно, чтоб выразить весь скептицизм, что в этот момент захватил в свою власть бывшего монарха. Он поворачивает голову к сестре, смотрит на неё долго, сожалея о невозможности обмениваться мыслями, а потом снова глядит на Голда. Тёмный колдун прав, верится ему с трудом, точнее — вообще никак относительно его позиции, которую всё также, как видится Артуру, можно купить. Что мешает тому же Ротбарту предложить столь сильному магу партнёрство в предстоящем проклятии? Тщеславие и гордыня? Вздор. Потому что, в отчаянии можно решиться на какой угодно шаг, а отчаяние Ротбарта — это пожалуй одна из целей для Артура. А уж если учесть репутацию Румпельштильцхена, действительно, уверенности в чём-либо быть не может. Сделки и слабости.
Я понимаю вас, мистер Голд, — без тени иронии и уже совсем без сарказма говорит Артур. И он действительно понимает, поскольку в этом мире являлся деловым человеком, который также заключал сделки выгодные для себя, но не всегда для противоположной стороны. Однако разница всё же между ними была огромная в этом вопросе. Для банкира мистера Миллера сделки и соглашения были работой, а для Тёмного мага — игрой, привычкой, слабостью в конце-концов, как сам он сказал.
Даром вообще ничего не бывает, — словно бы подводит он итог жирной чертой в этом разговоре, — И мне ясна ваша позиция, — Артур натянуто, как может сейчас, улыбается. Всё же, он был человеком такого склада, который если и играет, то предпочитает делать это более открыто, обозначая свои намерения, а не как Голд уходя в сторону и ожидая, какая из сторон окажется в выигрыше или же кто предложит более выгодные условия. Он был менее хитрым и искушённым в этих вопросах.
Однако, мистер Голд, а если в качестве услуги мне понадобится помощь в открытом противостоянии? Или же помощь в непосредственном убийстве Ротбарта?

Отредактировано Arthur Miller (28-11-2018 13:58:16)

+4

11

«Ценная информация», — не без лёгкой иронии подумала Моргана, но на лице её по-прежнему играла вежливая и даже мягкая улыбка. Она редко позволяла собственному гневу или даже малейшему раздражению взять вверх над рассудительностью. Кроме того, Моргана не ждала от Румпельштильцхена какой-то реальной помощи или поддержки. Рассерженная, недовольная и раздосадованная разговором с Ротбартом, сейчас она пребывала по отношению к нему в не лучшем мнении, и не считала его способным достичь своих целей самостоятельно. Моргана не позволила бы себе долго тешиться подобной убеждённостью. Она всегда отличалась осторожностью. Но сейчас полагала самым важным перебрать возможных соратников Ротбарта и попробовать выяснить, у кого ещё он может искать поддержку.
Женщина кивнула, получив от мистера Голда подтверждение того, о чём догадывалась ранее: колдун приходил и к нему за каким-то предметом. Вероятно, для обитателей Зачарованного Леса подобный поступок был естественным. К Тёмному Магу не редко приходили за сделками. Однако Моргану несколько удивил предмет из сотрудничества.
Веретено? Из сказки о Спящей Красавице? — уточнила она, и бросила взгляд на брата. Понимает ли он, о чём идёт речь?
«Любопытно», — мелькнуло в голове Морганы. Если она права и правильно соотнесла идею об ингредиентах (а слова мистера Голда подтверждали её мысли о том, что нужны не только артефакты), выходило, что Ротбарту помимо самого веретена потребуется кровь. Но чья? Самой Спящей Красавицы или ведьмы, которая её заколдовала?
Из слов мистера Голда будто выходило, что может потребоваться его собственная кровь, но Моргана не припоминала его участие в классической версии сказки о Спящей Красавице.
«Это ничего не означает», — напомнила себе женщина. Её собственная история, перевранная многими авторами, едва ли напоминала книжную версию. Однако ей хотелось думать, что у мистера Голда, возможно, на руках есть собственный артефакт, необходимый Ротбарту.
Почему он пришёл за веретеном к вам? — спросила она мягко и с любопытством посмотрела на Тёмного Мага. Он говорил о помощи за плату, однако Моргана сама по себе была далеко не слабой ведьмой и едва ли нуждалась в магической поддержке. Теперь ей предстояло узнать, включает ли в себя «помощь за плату» информацию. Если да, стоило задуматься о целесообразности продолжения этих отношений.
Кроме того, было ещё кое-что. Моргана ни на мгновение не сомневалась, что едва ли Тёмный Маг захочет стать чьей-то марионеткой. Именно поэтому она с лёгкостью согласилась на встречу с ним. Румпельштильцхен заслужило считался самым сильным магом, как минимум, в своём мире, и едва ли хотел кому-то подчиняться. Однако всё это совершенно не означало, что он не желал бы перестроить мир по своему образу и подобию. Разумеется, они только что обсудили высокомерие Ротбарта и его неоправданную уверенность в собственных силах, но это совсем не означало, что сам Румпельштильцхен не был столь же высокомерен и самоуверен.
На данный момент информация поддавалась Голдом в столь небольших дозах, что Артур явно не замечал разницы, и испытывал в связи с этим разочарование и нетерпение. Моргана, занятая собственными мыслями, опасениями и выводами, до сих не задумывалась о том, чего именно её брат ждёт от этой встречи. Теперь слушая его сердитые и сдержанные речи, она поняла свою ошибку. Им стоило, как минимум, обговорить всё заранее. Ей стоило говорить! Впрочем, едва ли можно предусмотреть всё, когда речь идёт о личных отношениях.
Её милый, сильный и любезный брат слишком привык к другим войнам и другим способам борьбы — естественным многие сотни лет назад, но не столь рабочими в реалиях волшебного мира. Даже в прошлом находились те, кто готов отсиживаться в замках и ждать окончания противостояния. Даже в прошлом, когда честь и доблесть ценились больше золота и жизни, хватало предательства и подлости. Так ли ему нужны заверения в платной дружбе?
Моргана рассеянно взяла брата за руку и сжала его ладонь, требуя к себе внимания.
Не уверена, что мы готовы заплатить за такую услугу, Артур, — твёрдо произнесла она.

Отредактировано Morgana (02-12-2018 09:01:55)

+3

12

Разумеется, Голд заметил, что Артур был разочарован. Забавно наблюдать за героями – они так самоуверенны, так непоколебимо убеждены, что получат помощь… от человека, к которому в лучшем случае отнесутся снисходительно, если вдруг что-то произойдёт и он больше не будет на коне. Голд не сомневался – стань он простым смертным, герои не выплатят ему свои долги, и они не заступятся за него по доброй воле, если его захотят линчевать. Прекрасные были многим обязаны Тёмному, но посадили его в темницу. Точно так же они хотели его абсолютного союзничества против Злой Королевы, но были очень недовольны, слыша всякий раз, что за стоящую услугу полагается стоящая плата.
Впрочем, Румпельштильцхен готов был приятно удивиться, обнаружив, что кто-то из героев оправдал своё высокое звание. Возможно, и Артур не столь похож на тех, с кем Румпельштильцхену приходилось иметь дело. Будущее всё расставит по своим местам.
Голд перенёс внимание на Моргану, когда она задала вопрос.
- Ротбарт спросил, нет ли у меня веретена вроде того, которым укололась Аврора, я ответил, что оно у меня есть. Ротбарт получил это веретено. Почему он пришёл ко мне? – Голд склонил голову набок, усмехаясь. – Вероятно, потому, что именно в моей лавке много артефактов из Зачарованного Леса и… некоторых других миров. Это ни для кого не является тайной.
Прямолинейность Артура уже напрямую напомнила Прекрасного Принца с его несравненным тактом и деликатностью. Моргана, правда, тут же пришла брату на помощь, но слова прозвучали, и пару секунд Голд молчал, как если бы раздумывал, захочет он убивать Ротбарта или повременит, после чего переступил с ноги на ногу и удобнее обхватил рукоять трости:
- Ваша сестра права. Пока я не вижу смысла обсуждать этот вопрос. Зато я могу вам кое-что… посоветовать, - Голд снова невозмутимо улыбался, как если бы поведение Артура не вызвало у него некоторое раздражение. – Вы ходите по барам? Нет? Первого мая, ночью, настоятельно советую прогуляться, - Голд на миг прикрыл глаза, вспоминая пустяковое вроде бы видение – встречу, – которое может оказаться вовсе не таковым.
- Там вы, что самое интересное, можете повстречать некую Урсулу. У неё ещё больше оснований бояться нового проклятья и нового ротбартовского мира, нежели у вас, - Голд вспомнил вчерашнюю встречу, затравленный взгляд Урсулы и то, о чём он ей говорил. – А кроме того, она владеет интересной информацией.
Пожалуй, Артур и Моргана вернее помогут Урсуле в осуществлении её цели, чем если бы она пыталась всё сделать сама. А у самого Голда на данный момент иная цель, и она гораздо важнее всего на свете...
- Надеюсь, вы найдёте общий язык. А теперь прошу меня извинить – у меня есть дела, - Голд изобразил вежливое сожаление. – Ах да… за советы платить не надо. Советы я даю совершенно бескорыстно, - он театрально приложил руку к сердцу, и в глазах его был блеск, как у того сказочного Тёмного, что любил кружить вокруг своих собеседников, жестикулируя и веселясь.
- Удачи вам.

+1


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » ДРЕВНИЙ СВИТОК » • It's a game. Did you pass? [28.04]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC