Выбирая путь через загадочный Синий лес есть шанс выйти к волшебному озеру, чья чарующая красота не сравнится ни с чем. Ты только присмотрись: лунный свет падает на спокойную водную гладь, преображая всё вокруг, а, задержавшись до полуночи, увидишь, как на озеро опускаются чудные создания – лебеди, что белее снега, и с ними Королева Лебедей - заколдованные юные девы, что ждут своего спасения. Может, именно ты, путник, заплутавший в лесу и оказавшийся у озера, станешь тем самым героем, что их спасёт?

Время в игре: май (первая половина)
дата снятия проклятья - 13 апреля
Наверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » УЗЕЛКИ НА ПАМЯТЬ » Ибо ночь темна и полна ужасов.


Ибо ночь темна и полна ужасов.

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://sh.uploads.ru/bX39G.gif
Никогда не знаешь, за каким углом тебя поджидает встреча с экзистенциальным ужасом...
ИБО НОЧЬ ТЕМНА И ПОЛНА УЖАСОВ.
http://funkyimg.com/i/2yiqq.png

П Е Р С О Н А Ж И
Кромешник & Чеширский Кот.

М Е С Т О   И   В Р Е М Я
993 год, 7 сентября; Страна Чудес

http://forumfiles.ru/files/0019/3f/c4/42429.png
Иногда что-то идёт не так: ни то слово, ни тому в ухо, ни в тот час, и вот мир перед твоими глазами кардинально меняется, наполняясь угнетающим лишающим сил ужасом. Великие войны не спят, руки их дрожат от бессилия, и даже те, кто не склонен к кошмарам, видят то, о чём предпочитают забыть. В такие дни не остаётся ничего иного, как признать свою ошибку... или попытаться её исправить без шума и суеты.

0

2

Чем дальше, тем лучше и лучше шли дела — у него. На всех живых существ Страны Чудес это влияло, мягко говоря, плачевно. Кошмары во сне, спустя какое-то время — кошмары в полусне, в трансе, наяву. Кошмары, кошмары, кошмары. Каждую ночь они выходили на охоту, каждый день их труды они прахом — но они никуда не пропадали, отнюдь. Темные твари становились многочисленнее, ощутимее и реальнее. Это порождало веру, вера — страх, страх — тьму, а тьма — веру, и круг замыкался на Кромешнике, который знай себе впитывал эту безумную смесь. Совсем скоро, по его меркам, тьмы и страха в этом мире станет достаточно, чтобы закрыть небо надолго, если не навсегда, и никакой обломок никакого меча не в силах этому помешать. Скроются светила — тьма победит, только в одном из бесчисленных миров, но победит. Что ж, Кромешник никого не заставлял звать его сюда. Люди, в лице Красной королевы, сами так решили, пусть теперь расплачиваются.

Конечно, темный дух не станет уничтожать Страну Чудес. Он либо, окрепнув, покинет ее, либо погрузит в полное отчаяние. Как ни странно, в последнее время ему больше хотелось первого, а второй вариант казался все более... Невыгодным? Неудобным? Неприятным? И в этом, опять же, заслуга людей — уже совершенно других людей. Неугомонные создания, порой они в силах заставить даже Повелителя Кошмаров ломать голову над мотивами их поступков.

Впрочем, в это мгновенье мотив был ясен: спасти свои тела и души. Исполнение не задалось, слишком пресно и обыденно. Кромешник со слабеющим любопытством наблюдал, как взятые в живое многолапое многоглазое кольцо жертвы потешно трясутся и временами покрикивают от ужаса, когда очередного из них доводят до безумия и седины его собственные страхи, когда рвут тело на части. Иногда луч заходящего солнца ожигал одну из незащищенных плотью тварей, и темный дух злобно щурился на неспешно темнеющее алое небо. Впрочем, тлеющую внутри злость он чувствовал почти всегда, а потому не обращал на нее особого внимания.

Внезапно темный дух ощутил чей-то зов. Очень знакомый зов того, кто первым за сотни лет в этом мире произнес его имя. В прошлый раз Кромешник не откликнулся, но теперь шагнул вон из захваченного недавно тела, сквозь пространство, уже не опасаясь ловушек — поздно пытаться его остановить. Но, может, у зовущего найдется что-нибудь занимательнее?

— И что же от меня понадобилось тебе?

+1

3

Чеширу редко снились кошмары. На самом деле, Чешир никогда не видел кошмаров. Время плохих снов и плохих воспоминаний миновало многие сотни лет назад. Тогда он был молод и наивен, и служил Чёрным Джокером при дворе Пикового Короля, выполняя королевские прихоти и являясь лучшим воином в этом государстве. Тогда ему пришлось сражаться с драконами. Ни с одним ящером, который даже не считался самым лучшим среди своих сородичей, а с целым кланом. Он побеждал, но умирал тоже, как побеждали и умирали его друзья: весёлый Гарриет, дерзкий Уэйн, красавица Эллая и многие другие. Все они, смелые и прекрасные, гибли в сражениях.
В пору юности, как любой мальчишка, Чешир был преисполнен благородства, верности и принципов. Умирать за долг, честь и родину ему не было страшно. По крайней мере, до тех пор пока он не умер в первый раз. Среди воинов ходили слухи, что драконий огонь столь силён, что ты превращаешься в пепел до того, как что-либо почувствуешь, но Чешир знал, что это не так. Он горел и горел, превращаясь в живой факел, его кожа плавилась, а кровь превращалась в пар, но он чувствовал всё. Он чувствовал всё ещё какое-то время после того, как его тело восстанавливалось, и ещё долгими ночами этот огонь тревожил сны Чешира, возвращаясь кошмарами.
Чешир уговаривал своего Короля остановиться. Победа их маленькому, но стойкому королевству не грозила, несмотря на бессмертного Джокера и магию, которую Король пускал в ход. Он поднимал всех воинов, от которых оставалось что-то кроме головешек, и ордой мертвецов выступал на захватчика, но у врага были драконы и они жгли его. Он вымораживал свою землю льдом, выставил ледяную стену, не пропускающую ни огня, ни змеев, которые его пускают, но такая стена требовала человеческих жертв, а вечная зима лишала государство посевов.
«Мы погибнем», — думал Чешир, но по приказу своего Короля вёл и вёл войско против завоевателей. Он трижды попробовал огонь на своей шкуре, прежде чем в нём сгорели и принципы, и благородство, и верность. Чешир ещё раз попробовал уговорить своего Короля, но тот обезумел. Услышав наполненный угрозами бескомпромиссный отказ, Чеширский Кот убил своего Короля. Он отправил весть ненавистному захватчику и сдал своё государство. Ледяная стена рухнула, пали живые мертвецы и война была проиграна, но люди этой страны могли жить, сеять поля, строить деревни, не умирая в огне и холоде.
Чешир стоял в тронном зале, залитый кровью и обессиленный после схватки с сильным магом. Именно в таком виде, с копьём в крови, с одеждой в крови, с кровью на руках над окровавленным телом его застали друзья. Друзья убили его. Пытались убить. Его пронзили стрелами, и из нескольких колотых ран сочилась кровь, но разыграв собственную гибель, Чешир растворился и оказался далеко от границы своей родины.
Чешир просыпался в поту. Он знал, что его друзья давно мертвы. Они выступили против захватчика, без короля, который мог защитить их, и без Джокера, который прикрыл бы, и погибли в драконьем пламени.
«Туда им дорога», — в озлоблении думал Чешир, но в его ушах звучали их голоса. «Предатель» говорили они. «Дурачьё! Я спас вас! Я спас всех вас! Если бы...» — он поднялся и тряхнул головой, выбрасывая из неё старые и едкие мысли. Тело его было покрыто испариной, руки дрожали от слабости, а в горле пересохло.
Когда-то давным-давно эти кошмары донимали его каждую ночь, каждую ночь он в лихорадке звал своих друзей и молил не убивать себя, каждую ночь он сгорал в пламени или замерзал под воздействием магии своего короля. Но то время прошло давным-давно. Раны Чешира зажили, он выжил, и большая часть жизней всё ещё была при нём. Давно он не вспоминал прошлое и ещё никогда сон настолько не выматывал его и не лишал сил.
«Может ли быть?..» — подозрение пронзило его тонкой стрелой, и он бросил взгляд туда, где за всеми полями, долинами и деревнями располагался Красный Замок. — «Будь проклят мой трепливый язык», — озлобленно подумал Чешир, соскальзывая с ветки дерева, на котором спал. У Чешира не было дома, не было и родной постели. Он спал везде, где считал удобным. По лагерю повстанцев гуляли чёрные с горящими глазами сердитые кони, и тут и там раздавались вскрики людей, чей сон беспокоило их присутствие.
«Может», — понял Чешир, — «и это именно он».
Кот никогда не считал себя колдуном в полном смысле этого слова. Больше рассчитывая на природные таланты, чем на магию, обеспечиваемую заклинаниями и зельями, он мало отдавал времени совершенствованию, но при этом обожал собирать слухи о чудесах. Он читал магические книги, собирал интересные заклинания и знал больше, чем умел, и гораздо больше, чем знали и умели многие другие.
Найти по памяти то самое заклинание призыва для Чешира не составило труда. Он выбрал место, вдали от лагеря в заброшенной деревне, наполовину сожжённой огнём Бармаглота. Не лучшее место, но вполне безопасное, если что-то хочешь сделать тайно. Солнце клонилось к закату, когда Чешир разжёг костёр и произнёс слова. Он говорил их снова и снова, пока последняя красная вспышка на западе не озарила небо и тьма не спустилась в деревню.
Здравствуй, Кромешник, Повелитель Кошмаров, — Чеширский Кот отвесил вполне вежливый поклон, но глаза его смотрели на явившегося на зов настороженно и зло. Чешир ничего не имел против кошмаров, когда они снились не ему, но собственные страхи, воскрешённые из прошлого, которое стало древним, его совершенно не устраивали.
Меня зовут Чеширский Кот, и я рад, что ты пришёл, — произнёс Чешир. — Могу ли я предложить что-то, чтобы скоротать время, которое я займу у тебя на беседу, — он указал на стол с яствами и винами, — или сразу перейдём к делу?

+1

4

На злой и настороженный — кто бы сомневался — взгляд темный дух ответил холодно-равнодушным. Надо же, весьма вежливый смертный с каким-то, несомненно, важным делом к Повелителю Кошмаров. Или не совсем смертный, что слегка интереснее. В Стране Чудес не было недостатка в, собственно, чудесах, хотя сам Кромешник не считал их чем-то выдающимся. Одно такое «чудо» не так давно напомнило ему о малоприятных временах, за что поплатились все.

Здравствуй, Чеширский Кот, — произнес он с отзвуком неясной иронии в голосе, немигающим взглядом всматриваясь в глаза нового знакомого. Кромешник никогда не горел желанием читать мысли в полном смысле этого выражения, но страх проникал в сердца и души, как и тьма. Это давало ему некое мистическое, туманное понимание каждого несчастного, которого он встречал на своем пути, а остальное делал опыт — и вот, пожалуйста, чужие замыслы яснеют с каждым мгновением, лишние варианты развития событий отпадают, и на ум приходит верное, или относительно близкое к верному, предположение. — Меня веками не звали в этот мир, и вдруг трижды за пару лет и дважды — ты. Довольно забавно.

Откуда ни возьмись за спиной Кромешника возник один из черных коней, недовольно дергающий головой, бьющий копытом. Бездумные глаза кошмара горели особенно злобно, казалось, именно в присутствии Чешира. Темный дух наконец скользнул взглядом по окружающей обстановке, но ничего стоящего внимания не обнаружил. Кроме огня: его жар и свет плохо ладили с темнотой и, совместно с пепелищем, напоминали обо всем известном драконе, какое-то время бывшем Кромешнику собратом по несчастью. Кошмар тем временем, повинуясь мысли хозяина, поплыл, как залитый водой рисунок красками, сжался, поплотнел и прыгнул на плечо духа желтоглазым черным котом. Символично и довольно красноречиво. Темные твари не всегда выглядели, как лошади, просто обычно смена облика была ненужной тратой сил — сейчас же сил было предостаточно. На все манипуляции едва ли ушло больше пары секунд. Повелитель Кошмаров коснулся не-живого черного песка уже совсем не призрачными пальцами и вновь обратился к Коту:

К делу. Неужели приснился плохой сон? — без тени сочувствия спросил темный дух, на мгновенье улыбнувшись, демонстрируя заостренные зубы. В этой улыбке не было ни веселья, ни грусти, ничего более-менее понятного живому человеку, только бесчеловечное и нечеловеческое удовлетворение. Кромешник был вполне доволен, что страх оживает даже в тех, в ком, вроде бы, умер давным-давно. Он собирался довести это благородное дело до конца, вдохнуть новые силы во тьму каждой души в этом, казалось, забытом Луноликим мире. Заставить самых бесстрашных вздрагивать при виде собственной тени — что может быть лучше?

+1

5

Чешир, как любой кот, любопытен по своей природе, и любит удивляться, но удивить его сложно. За довольно долгую и полную приключений жизнь, он насмотрелся чудес, и всё на свете ему кажется или банальным, или предсказуемым. Именно поэтому его больше привлекают существа иррациональные, непоследовательные, склонные к спонтанным поступкам, чем те, чьи действия подчиняются логике и правилам — то есть люди принципиальные, достойные и, зачастую, светлые.
Образ Кромешника вызывал у Чешира любопытство. В своих скитаниях он натыкался на него несколько раз в книгах и черпал информацию о тёмном духе из рассказов очевидцев. Именно поэтому ему было легко поведать историю о нём Красной Королеве — женщине, которую, казалось, удивить и поразить ещё сложнее, несмотря на её молодость и неопытность.
Видимо, в этот раз его история показалась ей достаточно интересной.
«Дурак», — в который раз подумал про себя Чешир, но мысли или слова ничего не меняли. Нужно было действовать.
Дважды? — обычно улыбчивый кот озадаченно хмурится. Один раз он определённо звал, и этот раз — сейчас. На что никогда Чешир не жаловался, так это на память. Память его сохраняла даже события тысячелетней давности с теми подробностями, которые Кот с удовольствием бы забыл, а тут его убеждают, будто бы он дважды звал себе на голову проблемы.
Как это может быть? — он выдавил из себя улыбку, усмехнувшись на чёрную тварь, принявшую облик кота. При желании Чешир мог наполнить комнату сотней таких тварей. По крайней мере, именно так оно и выглядело бы. Но Кот счёт, что подобное поведение великий тёмный дух может счесть невежливым. У Чешира хватало неприятелей в разных мирах, но иметь такого в лице Кромешника ему не хотелось.
Так понимаю, что третий раз вызывала женщина — красивая и красная, — не вопрос. Может быть, один раз и можно перепутать с двумя, но третьим был кто-то, кто призвал эту тварь в мир. Чешир не отличался и глупостью. Буквально месяц назад он рассказывал Анастасии красивые страшные сказки, а сегодня не спит из-за старых и жутких кошмаров. Совпадения в этом мире случались так же часто, как в любом другом, но едва ли в этот раз имело быть место совпадению.
«Плохие сны», — Чешир мысленно сморщился, предчувствуя не самую приятную игру. Он уселся на стол и небрежно помахал ногами. Плохие сны...
Обжигающее пламя, от которого кожа буквально плавятся по костям.
Кровь на белом мраморе тронного зала.
Тела, сваленные возле чёрного замка.
Война, пепел, холод и смерть.

Плохие сны имеют место, не спорю. И не только у меня. Наша страна сейчас находится в военном положении, и сны наши итак не лучшего содержания, а тут ещё и Повелитель Кошмаров... — он небрежно пожал плечами. — Кажется мне, что ваше кошмаричество выглядит довольно сытым и довольном, и могло бы уже покинуть нас.

+1

6

Чеширский Кот знал о нем немногим больше, чем ничего — это темный дух понял быстро. Не подозревал даже об элементарных вещах: о силе имени и кошмарах наяву. Отдай темный дух безмолвный приказ, и забавный котик на его плече вцепится в сознание собрата с отнюдь не кошачьими силой и бешенством, а Чешир, если успеет почувствовать угрозу, начнет отбиваться чем-нибудь сравнительно бесполезным. Вроде обычной, нормальной магии, не слишком эффективной против духов. В лучшем для него случае сообразит, что надо использовать свет или огонь. И этим немало позлит Повелителя Кошмаров, но не больше: он уже не тень и не растает, а жжение от света магического ни в какое сравнение с яростным блеском осколка не идет.

Меньше болтай о чудовищах из забытых легенд, мы очень хорошо слышим, — без обычной злобной издевки, пусть и насмешливо, посоветовал Кромешник. Он отнюдь не нанимался в просвятители и объяснять собеседнику сверхъестественную связь духа и имени не собирался. Если не совсем обижен разумом, сам поймет. — Так ваш чудесный мир, возможно, проживет больше нескольких месяцев, а именно на столько хватит моего терпения.

Кромешник немного исказил правду или даже бессовестно врал: он мог удерживать злобу в узде гораздо дольше, а мог и взъярится из-за очередной человеческой выходки многим раньше, да и обрывать "жизнь" Страны Чудес не желал и пока что не мог. Однако это уже не имело значения, Кот явно вообще не понимал, о чем речь. Неужели в местных легендах не было ни слова о реальностях, которые темный дух, напрямую или косвенно, разрушил? Или, что проще, "красивая и красная" не спешила посвящать кого-либо в свои планы на Повелителя Кошмаров. Типично для людей: задумывая тайную или не очень пакость, которая ставит под угрозу всех, они с отчаянным упорством не спешат советоваться с теми, кто хоть что-то в таких делах смыслит. Даже когда всё выходит из-под контроля.

Не понимаешь, — констатировал Кромешник, вдруг появившись в нескольких метрах левее от прошлого положения. Не потому, что пытался таким фокусом испугать или развлечь собеседника, но из привычки, словно он состоял из энергии живой и неустойчивой, перетекающей то туда, то сюда. Он все еще мог перемещаться, как то ему было угодно, но только в пределах Страны Чудес. Тьма за пределами этого мира словно была отгорожена от него тонкой, но непреодолимой пленкой сияния из далекого прошлого. Это не злило Кромешника. Это его бесило, как взбесила бы дикого зверя цепь вкупе с шипованным ошейником.

Я бы ушел еще до этой ночи, Кот, — поделился темный дух, снова обнажив клыки в улыбке. На этот раз она больше напоминала оскал. — Но вы сами меня не отпускаете. Она не отпускает. Хотел бы я знать, — в его голосе проявились отзвуки будто бы змеиного шипения, — откуда у нее обломок артефакта старше и сильнее всего, что ваш мир когда-либо видел. И откуда она знает, как с этим обращаться.

+1

7

«Меньше болтай», — хороший совет, но несвоевременный. Чешир от него даже поморщился. Проболтался он в тот день на славу, и хотя разговор в тот момент приносил ему немалое удовольствие, теперь приходится пожинать его ядовитые плоды: тёмный дух, бессонные ночи и угроза миру.
Кот мысленно щёлкнул языком. По его простому разумению, если миру конец, стоило задрать хвост трубой и драть когти. Именно это Чешир делал в ситуации, когда риск становился велик, однако пока сроки не горели. Несколько месяцев достаточно, чтобы всё исправить, или подготовить почву для бегства. Всего-то и нужно было, как не испытывать терпение Повелителя Кошмаров, но как раз в этом состояла главная сложность.
Дух, который материальностью мог поспорить с самим Котом, нагнетал и без того мрачную атмосферу. Он хотел пугать, был создан для того, чтобы наводить ужас и страх, а Чешир, как любой маленький зверёк, которого гнали в угол, чувствовал настоятельную потребность казаться больше и шипеть. Потребность эту он сдерживал. Он был болтливым и не всегда отличался осторожностью, но всё же не считал себя дураком.
Где уж мне! Я всего лишь Кот, — согласился Чешир, выдавливая улыбку. Ему самому тоже хотелось переместиться куда-то. То ли подальше от Кромешника, то ли, наоборот, вторгаясь в его пространства. Людей такие фокусы нервируют, но дух человеком не был, и человеческим в нём был только страх.
Рад это слышать! — сообщил Чешир. — Это означает, что хотим мы одного и того же, и осталось только чуть-чуть помочь вам воплотить наше желание. Так? — улыбка его стала шире, но теплоты в ней не прибавилась.
«Она знает, потому что я ей сказал», — горько подумал Кот. За свою долгую жизнь он совершал множество ошибок, но большинство из них несли ему радость, а не огорчение. Большинство, но не эта. Если он придёт к Анастасии и попросит её перестать делать то, что она делает, послушает ли она его? Губы Чешира скривились. С тем же успехом, он мог бы попросить её оставить Страну Чудес и поискать более удачное для себя место, с ним или без него — тут уж как она пожелает. С тем же успехом он мог бы попросить реку остановиться, а ветер перестать.
Глупые мысли, наивные и несвоевременные. Чешир глупым и наивным не был.
— Если она лишится своего артефакта, что будет? — спросил он настороженно.

+1

8

Так, — согласился темный дух, прищурившись. Кошмар с его плеча пропал, встопорщив на прощание расплывчатую шерсть, но отнюдь не исчез в небытие: две желтые точки злобно горели в темноте. Всего одна темная тварь, не считая главной — совсем нестрашно. Однако чем дольше Повелитель Кошмаров стоял здесь, тем больше становилось точек, и прибывали они очень, очень быстро. Четыре — и вдруг несколько десятков, сотня и больше. Казалось бы, шагах в тридцати от стола ровным кругом собиралась целая армия песочных тварей, готовая напасть на что угодно когда угодно и рвать, и рвать, и еще раз рвать сознание, а затем и душу, на части, а потом рвать оставшееся на более мелкие части, пока не останется совершенное ничто. Пару раз Кромешник отвлекался от собеседника и окидывал немую, неподвижную стену кошмаров взглядом, словно отдавал приказы, и большинство точек тут же гасли, чтобы появиться снова позже. Чеширскому Коту сильно повезло — или не повезло — застать его за работой. Если это вообще можно назвать работой, потому что напоминало зрелище, действительно, перемещение каких-нибудь войск.

Связь между нами прервется, и я просто исчезну. Почти все станет по-прежнему, — ответил Кромешник. — Спасибо ее артефакту, — его тон внезапно изменился, выделяя только два слова. Кромешник все еще считал, что человеку, даже Красной королеве — особенно ей — осколок светлого меча принадлежать не может в принципе. Этот артефакт ни на малейший лучик не ее. Он его, Луноликого, будь он проклят, и от этого темный дух испытывает мимолетное желание что-нибудь сломать. Или кого-нибудь. Впрочем, слишком мимолетное, чтобы перейти к действию. — За то, что, возможно, мне будет некогда даже обратить в скулящее ничто твою королеву... — было бы наивно ожидать, что он уточнит, какую из. — Ах да, — снова враждебная улыбка, — еще я хорошо подумаю, прежде чем вырвать твой чрезмерно длинный язык.

Последние кошмары исчезли из виду, а темный дух вернулся к холодному полупрезрению-полулюбопытству.

Все еще собираешься помогать или подождем конца?

0

9

Чешир как кот невольно следил за перемещающимися золотыми точками дикими зелёными глазами. Они вспыхивали в одном месте, приближались, исчезали, чтобы вспыхнуть. Каждая из них несла отпечаток чей-то боли, затаенного ужаса, страха, сидевшего глубоко внутри, вскрытого, оголённого, нарывающего.
Чеширского Кота заметно передёрнуло. Наблюдение за отвратительным часто завораживает, будь то змеи, черви или кошмары на службе у Кромешника. Кот чувствовал себя в центре бури, и даже примерно представлял себе, какого на его месте было бы человеку. Чешир родился свободным и спокойно перемещался в пределах своего мира. Кромешник мог сколько угодно нагнетать и угрожать, мог лишить его сна, поскольку альтернатива была не больно приятной, но, по крайней мере, из этого дома, кишащего чёрными тенями, Чешир выберется, а человек был бы обязан дрожать и не знать своей участи.
«Не человек, не животное даже, существо. Хитрое, злое и примитивное», — думал Кот, исподлобья разглядывая неверный тёмный силуэт. — «Я ему нужен».
Конечно, Кромешник мог найти замену. Пару недель хорошеньких кошмаров и любой жаждущий освобождения, пойдёт на все, чтобы его получить. В особенности, если кошмары действительно хороши, а иных в меню Кромешника не имелось.
Тем не менее, Чешир для выполнения задачи подходил, как никто другой. Он был свободным и входил в оба двора. И в Стране Чудес лучшего вора и плута не сыскать.
«Какую из?» — едва не спросил Чешир. Белая Королева во всём хороша, и лучшее в ней — большое мягкое девичье сердце, которое с трудом переживает кровавую ношу войны. Мирана воюет и убивает в пылу боя, а потом глушит совесть в алкоголе. Её сны и без Кромешника не легки. А Анастасия своим вызовом заслужила кошмары больше, чем кто-либо другой. Даже Чешир ей за такой подарок не готов сказать спасибо. Его собственные кошмары, наполненные пеплом и дымом, будили в нём животный ужас.
Какой из его королев угрожает Кромешник?
«Без разницы», — решил Чеширский Кот. В данной ситуации он в первую очередь спасал себя. И, если повезёт, весь мир в придачу.
— По-твоему я нуждаюсь в угрозах? — с обманчивой мягкостью спросил Кот. Он долго боролся со своей природой, но благие намерения вели в ад быстрее, чем его наглость и острый язык, который чем-то не угодил мистеру Большая-Тёмная-Задница. — Я пришёл к тебе, как друг, старался проявлять гостеприимство и учтивость к столь великой персоне, и всеми силами демонстрировал желание отпустить тебя на волю. В ответ я получаю явное недовольство моим языком. Чем же он не угодил тебе? — зелёные глаза Чешира полыхнули и он растворился, оставив на месте себя злую улыбку.
Не надо мне доказывать, что выхода нет. Я могу в это поверить, и результат тебе не понравится! Хочешь уничтожить Страну Чудес? Уничтожай! Сколько тебе понадобится? Месяц? Отлично! Через месяц здесь ничего не останется кроме замка Красной, охраняемым светлым артефактом. Анастасия будет королевой черного песка, а ты останешься здесь запертым и в один прекрасный момент начнёшь голодать. Не умрёшь, конечно, но в это самое время Хранители будут накапливать свои силы милой доброй верой в чудеса! И авось даже отблагодарят меня, если я принесу на хвосте весть о твоём заключении, — Чешир вновь появился целиком, дюйм за дюймом, но обычно вполне человеческий облик его был испорчен до ненормального широкой улыбкой, за которой словно бы прятались острые зубы.
Мы оба знаем, что быть запертым здесь тебе не особо приятно и не особо выгодно уничтожать мир. То, что ты можешь или не можешь — вопрос другой! Я вот могу из гуманных соображений перебить всех жителей этого мира, чтобы они не кормили тебя, — мысль словно бы позабавила Чешира и он рассмеялся. Был и другой вариант — приползти к Анастасии, помириться с ней, если, конечно, считать, что между ними какая-то ссора, остаться при ней, служить ей, и авось она поделится с ним оберегом против кошмаров. В конце концов, зачем ей полубезумный от ужаса Кот? Третий вариант самый простой — покинуть этот мир и забыть о нём.
Хочешь выбраться отсюда? Отлично! Мои услуги платные и у меня есть условия. Я хотел договориться по-хорошему, но впечатление разумного ты не создаёшь, поэтому будем играть, как обычно. Прогони их, — Чешир кивнул в сторону толпящихся теней. — Это не условие, а так — признак вежливости. Их присутствие меня нервирует, а нервный я не отличаюсь здравомыслием, — Кот хохотнул. Люди и нелюди по-разному реагируют на давление. Стойкие ломаются от непомерной нагрузки, но Чешир не был похож ни на кремень, ни на сталь, и имел переменчивую природу. Ко всем обстоятельствам он приспосабливался, ускользая от проблем, если есть такая возможность, или стирая их со своего пути, когда такой возможности не было.
Мне нужен мир. Тебе он нужен даже больше. Люди не могут мыслить разумно, находясь в ужасе. Мне нужен мир, чтобы добиться результата. Если мы договоримся, ты покинешь Страну Чудес и будешь портить сны, где твоей душе угодно, — промурлыкал Чешир. — Теперь о плате. Неприкосновенность. От тебя, мой страшный-страшный друг. На мою долгую-долгую жизнь! Я дорожу и своим языком, и другими частями тела, и не люблю кошмары. Договорились?

+1

10

Чешир говорил или, скорее, нес такое, за что его можно было бы убить, а если понадобится — убивать снова и снова на разный лад, пока не сработает; или уничтожить, сожрать душу без остатка так, как не сможет ни один кошмар. Но темный дух не убивал и уж, конечно, не выл от бессильной злобы. Он слушал.

Он не стал уточнять, что, в своем понимании, вовсе не угрожал собеседнику — угроза была частью ответа. Не пытался прояснить, что именно для него "как друг" гораздо хуже, чем "как враг". Игнорировал вопросы. Не стал, естественно, и объяснять, почему светлый артефакт не может защитить надолго и какую цену за это придется заплатить им всем. Молчал, немигающим взглядом рассматривая Кота со слегка возросшим интересом, и не пытался прервать неостановимый словесный поток крайне тонкой кошачьей натуры, задетой почти случайно.

Кот был грозен в своих обещаниях извести абсолютно все живое в этом мире, если таковое ему было под силу, что весьма и весьма сомнительно. Будто бы тьме и страху мучительно невыносимо быть только тьмой, такой, какой Кромешник был еще в самом начале. Будто бы сюда не тянутся тонкие дрожащие нити ужаса из всех миров, где таковой есть — из всех. Темный дух помнил, что чем дальше он от источника, тем хуже, но нисколько не опасался остаться без энергии такого рода. Не ему следует этого опасаться, а тем, кем он будет утолять голод. Подумав так, он сдержал усмешку, наблюдая за метаморфозами чрезвычайно развеселившегося Чешира. Непостоянство формы — в этом они были даже похожи. Они почти перекликнулись языком исчезновений параллельно с разговором простыми словами.

Неплохо. Я почти напуган, — непроницаемо произнес Кромешник. От испуга он был так же далек, как от бескрайней полупустоты за световым заслоном. — Уж извини, грозный зверь, но некоторые детали придется, — в аккурат за Котом всходила луна, и первые ее неверные лучи раздражающе ударили по глазам темному духу, но он даже не прищурился. Он сбился с речи на жалкое мгновенье, и сияние ночного светила вдруг пропало, оставляя Страну Чудес в темноте, едва-едва рассеиваемой звездами. В его темноте, которую он такими искусственными перерывами лунного сияния делал дольше ночь за ночью. — ... уточнить.

А кошмары все-таки исчезли, причем далеко и надолго. Не потому, что их хозяин вздумал стать джентльменом, но потому, что были заняты своим извечным делом. Они снились прямо сейчас по всему миру, а он становился только сильнее.

Знаешь ли ты, чего просишь? Уверен, что правильно сформулировал, мой маленький сделочник?— в шипящем голосе Кромешника метался зимний ветер. Чешир, он знал почти точно, понятия не имел, что он такое на самом деле и что бывает, когда его нет. Души, лишенные страха, могут существовать. Души, лишенные тьмы, сгорают на свету, который больше нечему поглощать, и только одному из своих врагов темный дух пожелал бы такой участи. Тому, кто определению не мог сгореть. Знать обо всем этом Коту явно не пришлось и, возможно, ему было все равно — пока что. — По-моему, ты нуждаешься в угрозах. Потому что, верно, плохо понимаешь, что происходит. Ты пригодишься мне, но отнюдь не необходим. Не зли меня, Чеширский Кот. Ты можешь бросить этот мир и всю его жизнь мне на растерзание, можешь сбежать, но не забывай, — темнота становилась густой, когда он говорил это, настолько вязкой, что слова висели в ней мертвым грузом. — Где бы ты ни был, я буду внутри тебя, спишь ты или бодрствуешь,боишься ты или нет.Безвреден, пока не решу запустить когти в твое сердце,и клыки — в твою душу. — Поэтому, будь благоразумен, умерь свой пыл, пока я еще спокоен. Я заберу эти кошмары и не трону твое тело. Так — договорились.

+1

11

«Свет! Он боится света!» — мелькнуло в голове у Чеширского кота, когда Кромешник запнулся. Вряд ли ему удастся это использовать, но сам факт тут же отложился в его памяти. Так, на всякий случай. Он никогда не отличался последовательностью своих размышлений или рациональностью. Чешир не глуп, но хаотичен по природе и больше следует своим порывам, чем доводам рассудка. Иногда его безрассудство приносило победу, но не в этот раз.
Зрачки Чешира, несмотря на непроглядную тьму, сузились, превращаясь в две тонкие вертикальные полоски в зелёном океане безумия. Сами глаза расширились, кожа побледнела и даже рыжие волосы, вставшие дыбом на загривке, словно бы утратили цвет. Он отступил, наткнулся на стол, и, опёршись дрожащими ладонями, вскочил на него, одной ногой опрокинув какое-то блюдо. Благо ещё не шипел.
В какой-то момент он перестал разбираться в словах, слышать предложения, звуки. Речь Кромешника превратилась для него в сплошной гул. Голос словно бы звучал изнутри, из нутра, вибрировал в его теле. Чешир начал исчезать, просачиваться в стол, но даже эта способность подвела его.
«Уйди от меня!» — застучало у него в голове. — «Уйди! Уйдиуйдиуйдиуйдиуйдиуйдиуйдиуйдиуйди…»
— УЙДИ! — рявкнул он вслух и кубарем скатился со стола, перепачкавшись к еде и напитках.
Чешир встряхнулся. Чары не ушли, ужас не ушёл, но оцепенение спало, и кот со злостью отшвырнул стол в сторону. Взгляд его коротко метался, дрожал, но мысли, освобождённые от гнета ужаса, потекли стремительным потоком.
Он мало что понял из слов Кромешника, это верно. Понимал ли он природу Тёмного духа? Может статься, что и недостаточно хорошо. Чешир льстил себе и большим умом, и сообразительностью, и ловкостью. Льстил, и знал, что время от времени умудрялся провести сам себя, потому с теми, кого считал умнее и сильнее, как правило, дел не имел. Таких было немного, но Кромешник пока попал в их список.
«Я тебе это припомню!» — тем не менее, подумал Чешир, бросив затравленный взгляд на Тёмного. Читает ли он мысли или просто потрошит душу?
Выпрямившись, Чешир слизнул с губ кровь — в какой-то момент он видимо прикусил длинный язык. Будет ему наука! Мысль показалась забавной, и Чешир расхохотался. Он смеялся и смеялся, складываясь пополам, пока его не вывернуло наизнанку.
Договорились! — признал Чешир, утирая рукой рот, а руку о грязную одежду. На полу лежала чудом не разбившаяся бутылка. Чешир поднял её просто для того, чтобы удостовериться, что магия его не покинула. Поднял, открыл, принюхался и прополоскал рот содержимым. Вино было хорошим, из лучших погребов Красного Замка, но вкуса он не чувствовал.
— Договорились, — проговорил он тише и серьёзнее. — Ты заберёшь эти кошмары и не тронешь моё тело. Чудесно. Но мне нужно, чтобы ты не терроризировал мир какое-то время. Анастасия ни~ког~да не откажется от того, что работает! — последнее Чешир буквально прокричал.

0


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » УЗЕЛКИ НА ПАМЯТЬ » Ибо ночь темна и полна ужасов.