В СТОРИБРУКЕ

Время в игре: май (первая половина)
дата снятия проклятья - 13 апреля

Обзор событий:
Магия проснулась. Накрыла город невидимым покрывалом, затаилась в древних артефактах, в чьих силах обрушить на город новое проклятье. Ротбарт уже получил веретено и тянет руки к Экскалибуру, намереваясь любыми путями получить легендарный меч короля Артура. Питер Пэн тоже не остался в стороне, покинув Неверлэнд в поисках ореха Кракатук. Герои и злодеи объединяются в коалицию, собираясь отстаивать своё будущее.

РАЗЫСКИВАЮТСЯ





Волшебное зеркало:

волшебное радио книга сказок


Выбирая путь через загадочный Синий лес есть шанс выйти к волшебному озеру, чья чарующая красота не сравнится ни с чем. Ты только присмотрись: лунный свет падает на спокойную водную гладь, преображая всё вокруг, а, задержавшись до полуночи, увидишь, как на озеро опускаются чудные создания – лебеди, что белее снега, и с ними Королева Лебедей - заколдованные юные девы, что ждут своего спасения. Может, именно ты, путник, заплутавший в лесу и оказавшийся у озера, станешь тем самым героем, что их спасёт?



НОВОСТИ

Ничего нового
Наверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » ИНВЕНТАРЬ ХРАНИТЕЛЕЙ СНОВ » Туман неожиданного прошлого


Туман неожиданного прошлого

Сообщений 31 страница 46 из 46

1

https://wmpics.pics/di-4F9U.gif

https://b.radikal.ru/b04/1808/6f/4f7366518c17.gif

Но вдруг заныла странной болью
Душа, узнавшая края,
Где жизнь моя была иною,
Где счастье было — неземное
Благословенной той весною...

ТУМАН НЕОЖИДАННОГО ПРОШЛОГО
http://funkyimg.com/i/2yiqq.png

П Е Р С О Н А Ж И
Мистер Голд&Хелен Фостер

М Е С Т О   И   В Р Е М Я
30 апреля, поздний вечер, Лавка Голда

http://forumfiles.ru/files/0019/3f/c4/42429.png
Кто же знал, что неожиданное перевоплощение Голда в сказочного Румпельштильцхена ускорит неизбежный разговор после возвращения в Сторибрук? А предвидеть финал этой встречи стало и без того невозможно.

Отредактировано Helen Foster (21-08-2018 13:42:23)

+1

31

Столько всего произошло с тех пор, когда Медея перестала быть Хелен Фостер, что она думала с трудом вспомнит то, какой была владелица магазина одежды и ателье. Вот только стоило им перенестись в спальню, предстать перед друг другом, как выглядели в тот самый раз, то она легко вернулась в тот вечер, стирая в памяти мучительный уход Голда. Тогда Хелен хотела украсть хотя бы поцелуй, но не решилась переступить черту. Фостер помнит, как Голд заставил её задуматься о том, а любила ли она когда-нибудь? И дыра в душе была ответом. Та пустота, которая образовалась, стоило Медее забыть своего Наставника. Сейчас так или иначе перед Голдом была другая Хелен Фостер, но продолжить выбранный стиль поведения, ей присущий, можно было легко.
    - Подозревать о своей привлекательности и слышать о ней от Вас, мистер Голд, это совершенно разные вещи. Не знаю почему, но слышать то, как это звучит с Ваших губ мне значительно приятнее, - с самым наивным видом отозвалась Хэл, замечая улыбку, которую так ждала тогда, но, как Медея, в очередной раз порадовалась, что всё это происходит сейчас. - Хотите проверить меня и в этот раз? - Хелен очаровательно улыбается, позволяя внутреннему огню привычного мисс Фостер азарта проявиться в карих глазах. Несмотря на достаточную холодность и равнодушие, Хэл не могла вести себя с Голдом так же, как и со всеми другими. Он не был для неё как все даже в беспамятстве. - Надо же, у Вас тёплые пальцы, мистер Голд, Вы и впрямь человек, - Фостер насмешливо улыбается, перехватывая его руку. Она провокационно скользит по его длинным пальцам губами, даже не задумываясь, что сегодня ночью их покрывали чешуйки. Хоть и говори, что Голд и Румпельштильцхен один и тот же человек, как и Хелен и Медея, но различия всё-таки есть. Эмоциональная тёмная ведьма прошла через многое сама и вместе с Румпельштильцхеном, чтобы не сдерживать свою страсть и не ощущать какое-то недовольство или неудобство из-за чешуек или когтей Тёмного, которыми он и без того не злоупотреблял, хотя вполне мог. Сдержанная же и довольно изнеженная мисс Фостер получала не меньше удовольствия от ощущения губами кожи Голда.
    - Ах, это Вы взяли меня в оборот? Тогда у меня точно никакой возможности от Вас отделаться, - сладким голосом отозвалась Хелен, отпуская его руку и без особого сожаления расставаясь его стараниями от своей одежды. Её память услужливо подкинула воспоминания, как именно она кружила вокруг него с вполне определённым желанием более близкого знакомства. Впрочем, в сфере провокаций Голд всё равно её обошёл, умудряясь не прибегать ни к чему откровенному, но вызывать молниеносный эффект у Фостер. - У нас замечательно выходит взаимодействовать на практике, поэтому, предлагаю обойтись без абстрактных просмотров и теорий, только проверка, мистер Голд. Я не разочаровала Вас с костюмами, вдруг и в этой... плоскости удастся доставить Вам удовольствие? - Хелен с ироничным вызовом смотрит ему в глаза, приподнимая бровь. Нет, всё-таки мисс Фостер была не так уж и плоха, как всего недавно Медея пыталась убедить Румпельштильцхена. Возможно, с неё был бы толк, не пойди она тогда на поводу у страха.
    Избавлять Голда от собственноручно-созданного костюма было особенно приятно, поддаться сейчас сдерживаемому в тот раз желанию помочь ему раздеться в примерочной или после неё. Воспоминания их встреч проносились перед глазами яркими картинами, пробуждая предвкушение осуществления ещё одной почти забытой мечты, которая всё расставит по своим местам.  - Видеть Вас и провоцировать стало моим частым желанием, мистер Голд, и с этим я ничего не могу поделать. Слабая, не способная противостоять искушению, одинокая женщина, помните? - она с напускным смущением опустила взгляд, в противовес же ловко снимая с него жилет. И впрямь по сравнению с ночным одеянием Его Темнейшества, классический костюм был детским лепетом для Хелен. Она не торопилась удовлетворять желание коснуться его губ, забраться руками под его рубашку, даже не расстёгивая пуговиц. Мисс Фостер долго шла к этому моменту, поэтому только растягивает трепетное ожидание на ещё чуть-чуть, предвкушая вкус поцелуя, будто не было сегодняшней ночи, словно всё впервые. Медея подозревала, что ещё очень долгое время близость с Румпельштильцхеном, в каком бы облике он ни был, не станет для неё обыденностью, не почувствует пресыщения.
    - О, Вы льстите моей общительности и запасу дружелюбия в отношении горожан, - Хелен тихо смеётся, искренне, потому что эта тема даже сейчас - особенно сейчас - была актуальна, но с времён до падения Заклятья в этом вопросе ничего не изменилось. Хелен-Медее не было никакого дела до мнения жителей Сторибрука. Фостер замолкает, задерживая взгляд на соблазнительной ухмылке Голда, тут же облизывая свои губы. - Знаете ли, мистер Голд, - доверительным шёпотом всё же говорит Хэл, прижимаясь к нему теснее и нахально смотря в глаза, - я даже рада репутации чудовища, которую организовали Вам неблагодарные жители Сторибрука. Значит, больше ни у кого не появится даже мысли пригласить Вас на подобный ужин. И словно в подтверждение своих слов, Хелен добирается до поцелуя желанных губ.

Отредактировано Helen Foster (21-09-2018 00:35:28)

+1

32

Хелен Фостер в своё время было гораздо легче, нежели Голду. К нему вернулись все воспоминания о прошлой жизни вместе со всеми её страхами, сожалениями и опасениями повторить одни и те же ошибки, а Хелен находилась в блаженном неведении. Голд не знал, отвечать ей или нет, поскольку опыт Румпельштильцхена предостерегал: даже из интрижки может вырасти что-то большое и серьёзное, а он совсем не хотел чего-то лишнего в своём заранее выстроенном плане. Не хотел и очередной раз испытывать боль. Ничего не хотел, кроме как следовать своей схеме – боялся выпасть из неё, вновь ощутить себя не хладнокровным манипулятором, дёргающим, посмеиваясь, за ниточки, а уязвимым человеком. И втянуть в свою трясину ещё и непричастную к его делишкам Хелен. Как это случилось с Белль, которую Голд считал мёртвой.
Да, Хелен было куда легче – и вместе с тем труднее понять, по какой причине Голд, охотно поддержавший игру, стушевался в последний момент. Она не могла даже заподозрить о том, что его мучило. Былые потрясения, возможно – но Хелен видела Голда не тем, кем он являлся, а уверенным, абсолютно уверенным в себе циничным хозяином жизни. Что бы она сделала, открыв в нём отчаянное желание довериться, страхи и все его недостатки, за которые его презрела Мила, на которых сыграла Кора и которые чуть не привели его к абсолютному краху руками, точнее губами Белль?
А стоило ли думать об этом сейчас? Вряд ли. Даже мельком. У Голда был вариант получше.

- Я готов проверять вас снова и снова, мисс Фостер, - Голд с удовольствием заметил, что в ролевых играх Хелен явно знает толк – она была поразительно такой же, как там, в ателье.
- О, не говорите о слабости. Я ведь поддался на ваши маленькие провокации, - тоном нарочитого смирения проговорил Голд, как если бы целиком и полностью сдавался на милость победительницы. – Ничего не говорите, мисс Фостер. Уверен, завтра о нашем грехопадении узнает весь Сторибрук, - его тон заметно повеселел, будто он нашёл эту мысль весьма забавной. – Вам ещё не доводилось видеть своё лицо в газете? Надо сказать, ничего приятного. Мало того, что видишь его каждый день в зеркале, так ещё и в статье
Голд ответил на поцелуй не так, как мог это сделать вчерашний Румпельштильцхен. Он нынче изображал властного хозяина маленького городка – Хелен принадлежала ему, и он притянул её к себе свободной рукой, тяжелее опираясь на трость. Когда они, наконец, оторвались друг от друга, Голд еле слышно выдохнул:
- Чудовища в вашем вкусе, мисс Фостер? Мне следовало знать с самого начала, - Голд был не столь терпелив – он стал расстёгивать пуговицы на своей рубашке резкими движениями. – Видите ли, мы, чудовища, интереснее людей. Люди предсказуемы, с ними всегда знаешь, что делать. А чудовище, - Голд потянул Хелен на кровать, отбрасывая трость, - оно раскрасит вашу жизнь в невиданные цвета, мисс Фостер. Нет-нет, пусть вашей ассоциацией будет не цвет крови. Это слишком банально, - солнце отражалось в его глазах, делая их светлее.

+1

33

Всё то время, которое существовала Хелен Фостер, она считала себя сильной женщиной, способной всё, даже свои эмоции держать под контролем. Какой бы серой и безвкусной ни была её жизнь, такой она её сделала сама. Когда же то письмо Голда многое изменило, Хелен пришлось столкнуться не только с разожжённым в душе азартом, но и со страхом перед собственной слабостью, которую вызывал Голд. Она боялась того, чего желала, о чём он заставил её задуматься, почувствовать. А ведь глядя на её нахальное, провокационное поведение с трудом можно подумать, что внутри тревожно замирает сердце от неуверенности, что её действия не разрушат всё то, что она долгое время создавала - рутину, от которой посмела попытаться избавиться. Хелен потянулась к Голду, прикрываясь банальным желанием тела, хотя прекрасно понимала всю опасность своей игры. И вкус страха ей настолько не понравился, что она позволила себя убедить в том, что уход Голда был во благо. В тот момент Фостер действительно не смогла бы понять, принять и оценить настоящего мистера Голда, отличного от её воображения. Просто потому, что испугалась бы искренности ещё сильнее. Сейчас, как бы хорошо Медея не вжилась в роль прошлой мисс Фостер, нынешняя была всё же другая - лишённая страха перед настоящим, и знающая того, кто ещё скрывается под некогда циничным и хладнокровным хозяином Сторибрука. Поэтому так или иначе это утреннее закономерное завершение того вечера лишено неизбежной горечи сомнений и холодного страха перед возможными обязательствами. Повторять всё в такой точности явно не было никакой необходимости. Пусть же мистер Голд и мисс Фостер побудут теми, кого они видели друг в друге, ещё не зная, кто на самом деле.
    - А я в Вас не ошиблась, когда назвала ненасытным, - Хелен широко ухмыльнулась, вспоминая тот их разговор в его Лавке. Как много было сказано в преддверии ещё большего безумия, начавшегося с одного маленького листа бумаги. - Приятно видеть мужчину с хорошим аппетитом, не ограничивающим женщину в постоянных проверках лишь в одной области. Она ничуть не лукавила, ведь Голд умудрился за короткий промежуток времени вдохновить Хэл на множество несвойственных ей в обычной жизни поступков, о которых до него даже не помышляла. Фостер, несмотря на обманчивое впечатление никогда не считала себя обольстительницей, способной очаровать любого мужчину, стоит только пожелать. И уж тем более ни с кем не вела себя так, как с Голдом!
   - Боитесь, что весь Сторибрук узнает, что Вы не счётная машина для денег, а человек? - насмешливо спрашивает Хелен, смотря на него внимательным взглядом, словно только сейчас начала в этом сомневаться и ищет подтверждения, что и впрямь ничего человеческое ему не чуждо. - С газетой проще, - она чуть подалась ближе, будто доверяя страшную тайну. - Её можно сжечь. Купить ещё пару экземпляров и снова сжечь. С зеркалом же всё намного сложнее, - тут на мгновение губы трогает тень улыбки именно Медеи, которая вспоминает то треснувшее от эмоций зеркало при той волнительной встрече откровений с Наставником. Не то, что стоило сейчас вспоминать, поэтому властный поцелуй вновь уносит Хелен в то прошлое, которое хочется исправить, закончить ту историю так, как она того заслуживает. Мисс Фостер не приходится чувствовать разочарование, ощущая, как уверенно Голд заявляет на неё свои права, притягивая к себе, отвечая на поцелуй, сбивающий и без того ускоренный ритм сердца. Когда же они чуть отстраняются друг от друга, Хелен находит великолепным зрелище, как некогда спокойный владелец целого города сам нетерпеливыми, резкими движениями снимает с себя рубашку. Она даже и не думает помогать руками, окидывая его пронзительным, раздевающим взглядом, словно его движения подчиняются её желанию избавиться от ещё одной преграды.
   - Мой вкус, мистер Голд, весьма специфичен, и лишь единицы ему соответствуют. Я уверена, что чудовище обладает не только будоражущей непредсказуемостью, но и многими другими талантами, которые я и хочу испробовать, - она невинно улыбается, следуя за ним к кровати, останавливаясь у самого края. - Как насчёт начать исследования прямо сейчас? - и Хелен с традиционным вопросом: - Позволите? - касается пальцами по его обнажённой коже плеч, спускаясь по груди, словно просто вновь рассматривает дело рук своих, а затем аккуратно, но настойчиво толкает его спиной на кровать. Оказавшись на нём сверху, Хелен опирается ладонями о кровать около его головы и склоняется ниже, проникновенно прошептав: - Давно хотела узнать, а может ли хозяин целого города хотя бы в постели ненадолго отпустить контроль и дать шанс простой швее сделать с ним, что ей захочется для его возможного удовольствия? - она тонко усмехнулась, с пламенем желания глядя ему в глаза, но вместо ожидаемого поцелуя, Хэл скользнула губами по его щеке, чуть прикусила зубами мочку его уха, и соскользнув на его шею, провела языком по пульсирующей на ней жилке.

Отредактировано Helen Foster (23-09-2018 01:33:07)

+1

34

Сторибрукский мистер Голд, пожалуй, не заслужил бы всех тех эпитетов, которые Хелен щедро раздавала в его адрес. Он был слишком сдержан, неизменно холоден и, казалось, лишён способности проявлять сильные эмоции – абсолютная противоположность Румпельштильцхену из Зачарованного Леса с его нервными движениями, эксцентричным поведением и темпераментом, который он не давал себе труда сдерживать. Даже в смиренном прядильщике нет-нет, да и прорывалось всё то, что он таил в себе – бурная злость, радость, пусть окружающие чаще видели его мягким, меланхолично спокойным, а вместо тёмных эмоций он показывал тихое отчаяние, заранее, казалось бы, смирившись. Так или иначе, любая из этих ипостасей была гораздо живее мистера Голда с его однообразным существованием скупого дельца. Столкнись Хелен с Голдом до приезда Эммы Свон, их встреча протекала бы куда скучнее. Начни Хелен заигрывать с ним, в ответ она получила бы недоуменный взгляд и чуть приподнятые с насмешливым интересом брови. Мистер Голд настолько же не интересовался женщинами, насколько Румпельштильцхена всю жизнь тянуло к женскому теплу.
Однако Хелен увидела иного мистера Голда – и только он мог если не заставить её вспомнить прошлую жизнь, то, по крайней мере, пробудить в ней нечто общее с той Медеей.

- Я ничего не боюсь, - заверил Голд с усмешкой. – Сторибрук не поверит в мою человечность, даже если я уменьшу вдвое арендную плату, мисс Фостер. Они скажут: «Этот старый прохиндей что-то задумал». Но видите ли… Лишнее любопытство… Назойливые вопросы, взгляды… Газетчики, скучающие без маленьких сенсаций… А впрочем, чёрт с ними.
Голд не успел поймать Хелен за пальцы прежде, чем она повалила его на кровать, и быстренько оказался снизу. Он всё так же хитро усмехался, глядя на неё снизу вверх и снова изображая временную капитуляцию. Или не временную. В конце концов, хозяин города не может отказать себе в искушении, когда избегал этих искушений столько лет.
- Исследования? Отпустить контроль, мисс Фостер? Да вы потрясающе смелая… Что ж вы творите, - с долей восхищения прозвучал его голос, когда Хелен продемонстрировала, что она готова сделать ради его удовольствия. – Вы, может, и до конца меня раздеть сами желаете? – Голд слегка высунул язык, словно собирался облизнуть губы. Вот теперь у него было совершенно провокационное выражение лица, и в глазах плясали такие многообещающие чертенята, что становилось понятно – контроль-то он, может, ненадолго и отпустит, но скучать Хелен не даст.

Отредактировано Mr. Gold (22-09-2018 14:39:51)

+1

35

До начала хода часов на башне не только мистер Голд был далёк от того, что происходило в ателье, но и сама Хелен. Она не могла себе даже представить, что из простого разговора по арендной плате может выйти такое. Получи Фостер это уведомление месяцем ранее, она бы даже не подошла к лавке Голда. Поскрежетала зубами, подсчитала запасы, рационально продумала возможные варианты, как покрыть расходы, и исправно, молча платила бы указанную сумму, если бы Голд сам не пришёл к ней с предложением обмена части аренды за костюмы. Считая себя деловой женщиной, Фостер поняла бы, что решение по аренде - право хозяина, и ничего в этом такого нет. Точно такое же право, как и у Хелен устанавливать цены на свою одежду и услуги швеи. Замёрзшее сердце и достаточное равнодушие к происходящему за пределами её магазина не позволили бы ей вести себя по-другому даже в случае их встречи для разговора на любой территории. Даже до появления мисс Свон они могли бы понять друг друга. Только им не было никакого дела до других. Так уж распорядилась судьба, что это уведомление появилось тогда, когда оба они уже были не в полной мере похожи на себя прежних. Если уж Голд вспомнил всё раньше, едва заметно, но всё же преображаясь, то именно собой он подтолкнул Хелен к тому, кем она и стала - самой собой. Зеркальное повторение судьбы Медеи. Только в результате Хелен Фостер струсила, позволяя страху одержать верх, откинуть её обратно в ледяное однообразие. Чуть-чуть злиться, едва ненавидеть свою жизнь, но не иметь сил на изменения, не желая бороться за того, кто смог разбудить её ото сна. Непредсказуемая неизвестность оказалась для неё страшнее безразличного планирования.
  - Ладно ещё прохиндей, но чтобы старый? - её голос был полон праведного возмущения и нескрываемого удивления, когда в карих глазах виделось веселье. Даже вскользь касаться сейчас возраста было забавно. Тогда Хелен даже не подозревала, сколько на самом деле прожила лет не только она, но и её гость, не говоря уже о том, что с трудом вообще представляла подобный возраст. Старость по меркам обычного человека в целом не укладывалась в её голове, вот только ни Хелен, ни Голд разваливаться не спешили. - Что-то не замечаю даже намёка, - она окинула его красноречивым взглядом. - Это был бы поклёп, мистер Голд, чистейшей воды. Но мне на радость, они ничерта не понимают в чудовищах, - дьявольски улыбаясь, едва не промурлыкала Хэл. Эта игра в знакомых незнакомцев определённо имела свою прелесть. Мисс Фостер с того момента, как переступила порог лавки зарекомендовала себя, как дама несколько наглая, а дальше только подтверждала это впечатление. Если Медея могла идти на поводу у своих эмоций, то Хелен творила всё с чётким осознанием, что, как и зачем она делает, и чем это возможно может обернуться, поэтому сейчас мисс Фостер действительно хотела, чтобы он утратил контроль. К обоюдному удовольствию. Проводить губами по его коже было неимоверно приятно, распаляя желание лишь сильнее. Она хотела исследовать его тело, следить за реакцией от прикосновения, найти его чувствительные места, чтобы без зазрения совести ими воспользоваться. Только здесь, в его постели, чтобы не просто знал или слышал, а ощутил, что он для неё единственный, особенный, желанный. Кем бы они не были, это неизменно.
    - Смелость тут не при чём, мистер Голд, - но пояснять не торопилась, привычно оставляя ему варианты недосказанности. - Я много чего желаю, и раздеть в том числе. Помнится, я как-то говорила, чтобы иногда добиться желаемого руки вовсе не нужны. Проверим? Хелен соблазнительно улыбнулась, отвечая откровенным взглядом на его взгляд. Но что бы она не планировала, его провокационные губы вносят свои коррективы, отчего она ненадолго впивается в них жадным поцелуем, прижимаясь грудью к его груди. - Мне очень нравится, как вы смотритесь в моём костюме, но, пожалуй, сейчас будет лучше без его последней части, - тихо шепчет Хелен, вот только не торопится слишком быстро добраться до брюк. Терпение Голда снова не выдержит первым? Сначала его шею тронуло её тёплое дыхание, затем вновь губы. Она нарочито медленно опускалась ниже, кажется собираясь уделить внимание каждому сантиметру его кожи то языком, то губами, то ласково, дразняще, то едва не оставляя засосы, отметины, но всё так же опираясь руками на кровать и сохраняя контакт их тел. В тот осенний вечер, не исключая вероятности, что ночь будет единственной, мисс Фостер должна была получить и подарить максимум ощущений. Если уж не повторить, то не забыть! Медея же совершено не имела ничего против, чтобы последовать "старому" плану.

Отредактировано Helen Foster (01-10-2018 21:54:50)

+1

36

Откровенно говоря, Голд на самом деле и не считал себя старым. Если быть ещё точнее – у Тёмных не было возраста, время стирало подобные понятия, ставя Тёмных наравне с феями и превращая в существ, мимо которых бежали года и столетия, не оказывая никакого воздействия. Вот только с каждым злодеянием и чувством вины за него всё больше чернело сердце. Понимая, что вот-вот превратится в олицетворение абсолютной тьмы без малейшей искры человечности, Тёмный искал себе преемника. Замену. Таковым для Зосо когда-то стал Румпельштильцхен – но минуло больше двух столетий, а сердце его так и не почернело до конца.
Потому что он сумел сохранить в себе человеческое.

- Мисс Фостер, вы нарочно меня дразните, - выдохнул Голд, констатируя факт с лёгким удивлением, как если бы и вправду его испытывал. С его губ срывались нетерпеливые звуки, похожие на тихое рычание. Он притянул Хелен ещё ближе к себе, обвивая вокруг неё руки, и шепнул ей на ухо:
- Вы заставляете меня изнывать. Какая изощрённая месть за повышение арендной платы и всё остальное! – Еле слышный смех. – Никогда бы не подумал, что вы на такое способны. Но все средства хороши, чтобы укротить чудовище, нет?
Голд позволял ей ласкать его, целовать и медлить, хотя блеск в его глазах давал понять: ещё немного, и он перехватит инициативу. Это должно было скорее радовать Хелен – мол, как я ловко его распалила, – будь она той самой, ничего не помнящей Хелен Фостер. Румпельштильцхен же с Медеей наслаждались спектаклем.
Ещё один миг, и Голд потянулся, чтобы полностью раздеться уже сам, но на полпути остановил свою руку – и покачал головой:
- Простите, что прервал вас, мисс Фостер. Всё моё нетерпение! Никогда нельзя спешить, - его ладонь легла на плечо Хелен, очерчивая его нежную линию, переместилась на её шею.
- Я бы мог вас задушить, - шутливо заметил Голд, проводя пальцами по соблазнительно беззащитной шее, - чтобы никто и никогда не узнал, что у всесильного чудовища есть слабости. Что же мне помешает это сделать? – Голд смотрел на Хелен снизу вверх и всё так же улыбался. – Может, угадаете?
Несмотря на свою худобу, выглядел он вполне пристойно. Красотой Румпельштильцхен, впрочем, не блистал ни в этой, ни в настоящей жизни – и давно смирился, понимая, что не каждую женщину интересуют смазливые принцы, рыцари или даже разбойники. Иной по душе придётся хищная физиономия Тёмного колдуна или ужаса всего Сторибрука. Вот как сейчас это происходило с Хелен.
- Или, быть может, не такое я и чудовище? – он плутовски прищурил глаза.

+1

37

По своей натуре Хелен Фостер была эгоисткой. В большинстве случаев её не интересовало ничего, кроме своей выгоды и исполнения редких желаний. Даже вся та ситуация, что произошла в октябре была до краёв переполнена её эгоизмом. Хэл хотела взяться за безумный вызов заказа Голда, поэтому и взялась. Посчитала, что интереснее, лучше будет продолжить игру вместо скучных откровений, и продолжила в том заданном провокационно-дразнящем многословии. Именно поэтому Медея решила не отказывать себе в удовольствии и в этом остаться верной образу мисс Фостер - нагло последовать эгоистичному желанию воспользоваться возможностью побыть немного другим человеком и позволить себе больше, чем посмела бы ранее. Она наслаждалась пламенем возбуждения, разгорающегося лишь сильнее от звука его тихого нетерпеливого едва ли не рычания, которое томительной волной прошлось по спине.
- Поверьте, мистер Голд, фантазия на месть у меня развита весьма неплохо, - в тон ему заверила Хелен, действительно едва ли не теряясь в вариантах, что она сможет успеть сделать до того, как властный хозяин всего и всех в городе решит перехватить инициативу или просто прекратить её самоуправство. - Укротить чудовище? - она насмешливо приподняла бровь, чуть отстраняясь и глядя ему в глаза. - Ну что вы, я наоборот хочу дать ему свободу, - многообещающе  прошептала Хелен прежде, чем вновь пуститься в путешествие губами по его телу. Мистер Голд вновь, как и тогда, позволял Фостер переходить границы, за которые почти никому не удавалось даже заглянуть. Именно этот контраст между позволением, некоей поддержки и стремительным уходом так выбил тогда Хэл, но сейчас же это совершенно не мешало наслаждаться отведённым на её действия его терпения. Которое, всё же не так велико. - Задушить, мистер Голд? - с лёгкой хрипотцой тихо переспросила Хелен, облизнув горящие, чуть припухшие от поцелуев, губы. - Если Вам этого захочется, - она лишь выгнула шею, словно предоставляла ему более удобный доступ для претворения в жизнь столь неожиданной вероятности, - то будьте любезны сделать это после, - Хелен лишь усмехается, слегка сжав ногами его бёдра. - Знаете ли, побыть слабостью такого человека, как вы, весьма опасно, но оно стоит того. Проверим? Это и был ответ на его вопрос про чудовище. Ни Фостер, ни Медея не считали его таковым, не ведясь на людскую молву и чужое мнение. Обе не отрицали его власть, опасность, силу, отчасти весь этот набор и привлекал, но далеко не гарантировал столь сложную, многогранную привязанность. Медее никогда не было страшно умереть за него или от его руки, а у Хелен настолько обледенела душа, что она могла бы сгореть в его огне, лишь бы успеть почувстовать себя живой - ведь сейчас был вариант смелой мисс Фостер, которая не испугалась возможных изменений. Но так или иначе, игра есть игра.
   У Хелен действительно были свои представления о мужской красоте, и в них явно не было места смазливости лица, спортивного телосложения, загорелой кожи и прочих классических "признаков идеального мужчины". Её всегда интересовало что-то сложнее физической обёртки, потому что взгляд, энергетика, голос могли оказать впечатление намного сильнее. Поэтому длинные, тонкие пальцы Голда, которые касались её шеи, плеча, вызывали больше трепета, чем какие-нибудь накачанные, мускулистые руки. Чуть соскользнув по телу Голда ниже, Хелен добралась до его живота и брюк, которые всё ещё были на нём. Досадная преграда, но Фостер ещё обходилась без рук. Широко ухмыльнувшись, она склонилась и медленно провела языком по низу его живота ровно у границы брюк, словно очерчивая её по коже. Фостер прекрасно знала, что снять брюки самой без рук, как недавно говорила, будет невозможно, но поиграть в эту игру ещё чуть-чуть - вполне. Да и ведьма есть ведьма, можно же немного сжульничать! Самую малость. Зацепив зубами пуговицу на брюках, специально едва ощутимо коснувшись чувствительной кожи, она излишне мягко, используя лишь каплю магии, чтобы не доставить неприятных ощущений, оторвала её, как одну из преград к освобождению желания Голда. - Какие слабенькие нынче делают пуговицы, - с невинным видом сокрушается она, острым взглядом посмотрев на Голда, но вновь возвращается к своему занятию. Хэл находит губами змейку - вторую преграду - и расстёгивает её медленно, аккуратно, но легко, нагло мухлюя с магией. Совсем чуть-чуть, что несомненно заметит Румпельштильцхен, но она никак не может удержаться от столь интересного способа избавления его от брюк.

Отредактировано Helen Foster (26-09-2018 01:55:00)

+1

38

Голд слегка приподнял брови, услышав, что чудовищу хотят дать свободу. Он говорил немного, больше смотрел весьма выразительным, блестящим и многообещающим взглядом, но между делом не забывал то поглаживать Хелен, то делать вид, что хочет и вправду придушить её – если она продолжит поджаривать его на медленном-медленном огне.
- Проверяйте, - легко слетело с его губ, как ответ на её вопрос. Считала его Хелен – и Медея – чудовищем или нет, Голд слыл таковым, будучи как Тёмным, так и сторибрукским владетелем, который драл три шкуры с должников. И не мог не признаваться самому себе, что во многом он проявлял чудовищные, никак не человечные черты. Альтруизмом точно не блистал, признавал Голд. Без особенного отклика в своей душе – своё он отпереживал.
Хелен действительно не была похожа на тех, кого привлекают смазливые мужчины. Каких-то женщин до неё могли привлечь сила и могущество Тёмного – оружие гораздо более неотразимое, нежели красота. А если говорить о сторибрукской Хелен Фостер, наверняка таинственный и наделённый властью мистер Голд был притягательнее для неё, чем, к примеру, красавчик полицейский. Однако сумела бы проклятая личность Медеи разглядеть в Голде что-то иное?
Хелен вызвала у него ещё большее нетерпение, медлительно освобождая от оставшейся одежды. Желание его Хелен вполне могла ощутить губами и даже коснуться языком, если б захотела – набухшее и весьма красноречивое желание.
- Мисс Фостер, - почти умоляюще простонал Голд, но попробуй она поиграть дольше положенного, он бы рывком подтащил её к себе, перевернул на спину, примостился б сверху и вошёл в неё, уже не дразнясь. Глаза его опасно поблёскивали, словно ещё немного – и любезный сдержанный хозяин Сторибрука превратится в пещерного человека. Нет, он, конечно же, не собирался подтаскивать Хелен к себе за волосы, но по его голодному взгляду она могла судить – он полностью готов предаться утехам, которые многие горожане даже не связали бы с его именем. Меньше всего на свете мистер Голд походил на ненасытного любовника.
- Скорее, мисс Фостер, - Голд обнаружил, что голос его предательски выдаёт: хозяином города он мог быть сколько угодно, но хозяйкой положения сейчас была именно Хелен. – Снимите эти чёртовы брюки!
Спектакль оставался спектаклем, и в голосе Голда звучало нетерпеливое чувство, почти раздражение – но встретившись с ним глазами, Хелен поняла бы, что это не всерьёз. Его рука потянулась помочь ей, и он приподнялся, чтобы с него было удобнее снимать штаны, но всё остальное предоставил делать самой Хелен.

+1

39

Что примечательно схожего было между Хелен и Медеей, так это полное равнодушие к чужому мнению. Медею в своё время многие отговаривали даже от мысли позвать Тёмного, не то что от реального вызова. Не стоило и думать, что было бы с ней, послушайся она мнения большинства. Чудовище? Да пожалуйста. Безжалостный монстр? Так и она не святая. Признав в себе наличие тьмы, она очень осторожно относилась к тому, чтобы осуждать её в других, поэтому не скрывала, что Тьма в Наставнике её привлекала ровно столько же, сколь и всё остальное в нём. Потому что это его неотъемлемая часть. Хелен же играла с огнём. Она не сомневалась, что Голд не ангел во плоти, и при его желании её жизнь могла превратиться в сущий ад, но всё равно пошла на риск, захотела проверить. Только времени выделила себе слишком мало, чтобы отойти от первого впечатления, которое могло быть обманчивым. Хелен не утруждала себя попытками узнать настоящего мистера Голда, а может быть и не была готова к этому, пребывая в выдуманном от его игры образе. И Медея в очередной раз порадовалась, что у Фостер и Голда тогда ничего не вышло. Скорее всего ни к чему хорошему это не привело, чуть подпортив им момент нынешних отношений. Их сегодняшняя игра была намного интереснее и ярче, чем могло получиться на самом деле чуть раньше. Но Медее на одну лишь секунду стало интересно, а смогла та Хелен Фостер вызвать у Голда такой взгляд, от которого её сердце сладко пропускало удар, разгоняя по венам чистое удовольствие? Одно Хэл подозревала или надеялась с самого начала, что за привычной маской вежливости и сдержанности могут бушевать нешуточные страсти. До этого огня она бесстрашно хотела добраться. На деле же оказалось, что всего лишь думала Хелен бесстрашно, на этом же всё и ограничилось.
    Сейчас же мисс Фостер могла с истинным наслаждением наблюдать этот самый огонь в карих глазах Голда, слышать его проблески в нетерпеливом голосе, и ощущать отклик в собственном теле. Если же Голд думал, что эта медлительность была пыткой только для него, то ошибался. У самой Хелен руки подрагивали от того же нетерпения и желания поскорее ощутить его в себе, стать ближе. Но вместо того, чтобы поддаться обоюдному желанию, Фостер лишь меняет правила своей игры: - Вы правы, мистер Голд, всё же есть вещи, с которыми без рук никак не справиться, - она охотно спускается с кровати, чтобы было удобнее снять с его помощью брюки вместе с бельём, при виде которого, глаза Медеи сверкнули лукавством, вспоминая ночную готовность Тёмного. Нет, Медее определённо повезло, что она не знала об этом в Зачарованном Лесу! Она снимала его брюки, медленно скользя подушечками пальцев по коже бедра, колена, голени, оказываясь у его ног.
   - Хозяину города привычно видеть, что горожане находятся у его ног? - иронично любопытствуя, глубоким голосом спросила Хелен, без особого труда избавляясь от его ботинок, носков, ласково поглаживая его босые ступни, а затем полностью освобождая Голда от всего лишнего. - Только вряд ли кому-то ещё будет позволено сделать что-то подобное,речь ведь шла только о снятии брюк, помните, мистер Голд? - у нее появилась вызывающая улыбка, мол, что просили - только то и сделала. Чуть отвлекшееся на одежду возбуждение нахлынуло с новой силой, стоило начать путешествие губами от его лодыжки выше, к колену, а затем перемещаясь по его внутренней стороне бедра. То быстрыми, лёгкими прикосновения языка, то оставляя засосы на чувствительной коже требовательными поцелуями, касаясь его грудью. В этот раз и руки она не оставила без дела,  поднимаясь поглаживающими движениями  выше, к его животу. Наглость мисс Фостер, приправленная жгучим желанием Медеи, и результат сильной волной удовольствия будоражит тело, вот только терпение самой Хелен уже на распалённой мучительной грани.

Отредактировано Helen Foster (02-10-2018 02:09:42)

+1

40

Голд прикрыл глаза, пока Хелен хозяйничала у его, как она выразилась, ног. По выражению его лица можно было судить, что он-то привык к пресмыкающимся горожанам, но мисс Фостер в его картине мира скорее принадлежала к тем, кто любил брать всё в свои руки.
- Видеть – да, - ухмыльнулся Голд, - но я же вас не вижу, мисс… Фостер. Или прикажете называть вас Хелен? – он внезапно распахнул веки и посмотрел на неё именно так, как смотрят на человека, пробудившего многолетнее желание.
Хелен продолжала свои маленькие провокации, и приглушённые звуки, срывавшиеся с губ Голда, свидетельствовали о том, что она близка к своей цели всё больше и больше. На самом деле, будучи Тёмным, можно сдерживать себя сколько угодно, но ведь он играл роль сторибрукского мистера Голда. И его уже довели до совершенно неприличного поведения.
- Вы… невозможная женщина, - выдохнул он чуть слышно и почти с удовлетворением. – Может, вы ещё и умеете то, что не принято практиковать в ханжеском провинциальном городишке? Сделаете это или мне перехватить инициативу? – По его голосу было очевидно, что и к тому, и к другому Голд готов прямо сейчас.
Надо признаться, в Зачарованном Лесу тоже практиковали далеко не всё. С Корой Румпельштильцхен, как ни странно, не успел попробовать так уж много; впрочем, для экспериментов существовали те, к кому он относился с самого начала равнодушно. Жаждущие приключений ведьмочки, принцесски, знатные горожанки, крестьянки – какая разница, если с каждой Тёмный сперва заботился о том, чтобы она не зачала ребёнка. Однако первая, кто преспокойно опустилась перед ним на колени и принялась расстёгивать его штаны, заслужила удивлённый взгляд – и только потом Румпельштильцхен сообразил, как смешно и нелепо смотрелось его удивление. Тёмный, ужас всего Зачарованного Леса, символ порока и нечестия. Тёмный, чей любовный опыт был столь невелик и банален. Действительно смешно.
Мужчинами он не интересовался вовсе. Вероятно, это показалось бы кому-то забавным, что за столетия жизни Тёмным Румпельштильцхен остался настолько старомодным, и тем не менее, влечение он испытывал только к противоположному полу, а пускаться в эксперименты не желал. Разврат явно не был смыслом его жизни...
Так или иначе, Голд был бы не против, окажись Хелен настолько же раскрепощённой в любви, как та женщина из Зачарованного Леса, чьего имени он так и не запомнил.
Голд посмотрел на Хелен весьма многозначительно и чуть приподняв брови:
- Ну, и какое решение мы примем?

+1

41

- Приказать? Вам? - Хелен широко ухмыляется, подняв на него лукавый взгляд карих глаз, в которых черти разожгли такой полыхающий адский костёр, что можно было на нём спалить обоих грешников, коими сейчас во всю были Фостер и Голд. - Это весьма интересная мысль, надо будет запомнить и обязательно обсудить в следующий раз, - глубоким, бархатным голосом отозвалась Хэл, дав понять, что не намерена ограничиваться одной лишь такой встречей. И будь она всё той же мисс Фостер, с её стороны было бы весьма самонадеянно на подобное рассчитывать сейчас, но будучи всё же Медеей, у которой всего недавно был важный разговор с Румпельштильцхеном, она могла позволить себе уверенность - всё только начинается.
   Медея никогда не считала себя искусной в постели. Как показал жизненный опыт с некогда мужем, который предпочёл искать острые ощущения на стороне, она действительно такой не была. После увиденной сцены у молоденькой дурочки была мимолётная мысль, что будь она более смелой, не просто желай Медея доставить удовольствие мужу, но и сделай что-то в реальности, он бы ей не изменил, не предал. Секундная, выжигающая мысль, что это она виновата, что ему пришлось искать развлечение плоти на стороне. Но его откровения всё расставили по своим местам. Дело далеко не в постели. Дело в самой наивности и никчёмности Медеи. После потери ребёнка и подавно последнее о чём она могла думать, так это о физической близости. Затем у неё появилась цель и Наставник. Магия и он заменили ей эти постельные развлечения. Всех тех очень редких любовников после Медея могла бы пересчитать на пальцах одной руки, а если вспомнить сколько ей лет, то и без того можно было сравнить с монашкой. Только она нисколько не жалела, что в ответ на слова Голда не может похвастаться огромным опытом и глубокими познаниями в области секса. Этот опыт до него надо было бы с кем-то приобретать, а как оказалось, чтобы разбудить в ней жаждущую исследований и действий женщину, надо было просто Румпельштильцхену - и только ему - в Медее её увидеть.
  - Мне, конечно, лестно... что Вы считаете меня столь умелой... но я завидую Вашей смелости... не остереглись, что я... скрою отсутствие должных навыков... решу же Вас не разочаровывать и малость перестараюсь, - в короткие перерывы между ироничными фразами, она лёгкими поцелуями-укусами поднималась по его бедру, приближаясь к цели их интересного разговора. На самом деле Румпельштильцхен же понимал, что ничего подобного она скрывать не станет, дабы произвести на него впечатление в том, что ей не свойственно. Как бы банально это ни было, но до совместной ночи с ним Медея никогда не горела особой любовью к экспериментам. Классический вариант, который был разнообразен разве что местом действия, да парочка каких-то новых идей - вот потолок её желания, которое сейчас же не имело никаких границ, с жаром требуя продолжить, поддаться, выпустить его на свободу, получить то, чего они так хотят оба. Поймав многозначительный взгляд Голда, Хелен облизнула губы, склоняясь к его животу, будто и впрямь раздумывает над решением. Все её сегодняшние действия носили характер лишь дразнящего удовольствия и едва ли могло показаться, что она собралась изменить выбранной тактике. Хелен скользнула горячим языком по всей длине его мужского достоинства, которое красноречиво свидетельствовало о готовности Голда вот-вот самому перейти к решительным действиям, не ожидая, когда она наиграется в свои маленькие игры.
   - Я же была права, когда говорила, что Вам никакие дополнительные стимуляторы не нужны, мистер Голд, - промурлыкала Хэл, вновь посмотрев в его глаза жадным взглядом, казалось бы, сделав свой выбор, но вместо того, чтобы продолжить начатое, договаривает: - что до решения, то со мной у Вас всегда больше вариантов, чем всего два. И в подтверждение своих слов, Хелен легко возвращается к нему на кровать. Вот только на этот раз планы у неё и впрямь поменялись - никаких провокаций, заставлять и дальше изнывать от переполняющего желания ни его, ни себя она не хотела, повинуясь необходимости быть ближе. Намного ближе. Согнув ноги, Хелен с упором на колени села сверху, разом принимая его в себя полностью. С громким стоном она выгнулась, чуть сжав ноги вокруг бёдер Голда, но не спускала с него страстного взгляда. Острое удовольствие прокатилось волной по всему телу, перехватывая и без того сбившееся дыхание, и только спустя короткое мгновение она начала неторопливо двигаться, то приподнимаясь, то вновь опускаясь, пока руки скользили по его груди.

Отредактировано Helen Foster (07-10-2018 02:19:50)

+1

42

- В следующий раз, говорит она, - пробормотал Голд, и тон его означал следующее: она абсолютно уверена, что состоится ещё одна встреча, вон какая беспримерная наглость; она как будто заранее знает, что он не станет возражать; она, более того, считает, что её наглость его ничуть не рассердила и, что ещё хуже, так оно и есть!
Между тем, представление продолжалось.
- Я всего лишь предположил, что вы можете уметь что-то большее, нежели традиционный способ, - уточнил Голд настолько невозмутимо и любезно, насколько это возможно в голом виде и очень возбуждённом состоянии. И тем не менее, у него получилось точно так же, как если бы он стоял напротив в своём костюме и опирался на трость. – Перестараетесь? – он тихо и весьма бесстыдно по контрасту с предыдущими интонациями рассмеялся. – Полноте, мисс Фо… О!
В глубине души ни мистер Голд, ни Румпельштильцхен почему-то не ожидали, что Хелен и вправду на такое решится. Слишком смело для начала отношений? Какие-то ещё соображения, которые не вязались с образом тёмной ведьмы? Как раз от неё можно было ждать того, о чём никогда не подумала бы иная невинная принцесска. Мысли о том, где и как эта тёмная ведьма могла чему-то научиться, не вызывали ревности – в Зачарованном Лесу ни Румпельштильцхен, ни Медея не связывали друг друга никакими обязательствами. А уж Голд тем паче не стал бы испытывать ревности к предыдущим любовникам мисс Фостер – в конце концов, какое бы ему было до этого дело?
И тем не менее, Голд почему-то удивился, а потом опять удивился, когда она не продолжила, и посмотрел на неё, вопросительно изогнув бровь. Ему показалось, что он всё понял, и в глазах его мелькнули хитрые искорки. Кое-что должно остаться приманкой, не так ли?
- На будущее? – вопрос не нуждался в ответе. Очевидно, что на будущее, а пока что Хелен приняла во внимание угрозу перехватить инициативу и вернулась на кровать, но лишь затем, чтобы продолжить по-своему. Это было похоже на перевёрнутую картину того, чем они занимались ночью.
Если поначалу Румпельштильцхен всячески дразнил Медею, то Хелен вовсю подразнила мистера Голда. Но, как и в тот раз, всё закончилось тем, что они были вместе, слились воедино, только теперь она была сверху, но какая, к дьяволу, разница, если он хотел её и он получил её, если она…
- Лучшая, - стонами срывалось с губ Голда, - лучшая, - он хотел заполнить её всю, целиком, без остатка, - любимая.
Он не прибегал к магии, чтобы обезопаситься от возможных последствий, не потому, что это была игра. Он и вчера этого не сделал.
Просто не боялся последствий.

Отредактировано Mr. Gold (07-10-2018 15:05:46)

+1

43

Будущее. Да, мисс Фостер ничего другого не оставалось, только обещать, соблазнять, манить Голда чем-то большим, чем простая традиционная ночь удовлетворения физического влечения без каких-либо обязательств с обеих сторон. Решись Хелен тогда на изменения в своей жизни, она и впрямь собралась бы воспользоваться хитростью, чтобы дать им обоим возможность привыкнуть друг к другу, дать то необходимое время на узнавание, за которое они могли бы понять, что их встречи не банальная интрижка. Или наоборот разочароваться и разойтись. Но всё это было бы тогда, а сейчас Медея лишь поддерживала выбранный стиль игры и действительно обещала Румпельштильцхену их разнообразное будущее. Не потому, что решила исправить в новых отношениях собственные ошибки, что якобы допустила в браке, тем самым минимизировав риски абсолютно неправдоподобного варианта измены, а потому что действительно этого хотела. Настолько, чтобы не бояться воплотить в реальность даже самые смелые желания. Тогда мисс Фостер сетовала, что ей не с чем сравнить чувства к Голду, теперь же с возвращением воспоминаний она знала, что сравнивать и не за чем - прошлое утонуло, оставляя полную уверенность, что такого с ней никогда не происходило.
    Сегодня Румпельштильцхен позволил Медее поменяться с ним местами и на этот раз самой дразнить его, разделить с ним хотя бы часть её ночного удовольствия от его возбуждающих пыток. Получив возможность управлять процессом, Хелен едва ли сдерживалась, чтобы ускорить приближение пика наслаждения и ощутить расслабленную свободу от нарастающего удовольствия, горячими волнами расходящееся по телу. Но нет, она с силой закусила губу, сбавляя темп. Хелен хотела продлить это невероятное ощущение единения, близости, заполняющее желанием принадлежать ему каждой клеточкой тела, отдать весь этот томительный коктейль неистовой нежности и страсти, который чувствовала в груди, впитать в себя его стоны, взгляды, слова, прикосновения. Сил играть в мисс Фостер не осталось, не за чем было тратить их на то, чтобы скрывать во взгляде на Румпельштильцхена огромный запас нерастраченной любви и тепла, которые мисс Фостер не должна была ещё испытывать по отношению к мистеру Голду. Слишком личные, накопленные долгими годами нахождения рядом с Наставником, глубокие чувства, непонятные той Хелен. Поэтому Медея и не скрывала этот взгляд, ловя сквозь затуманенное наслаждением сознание каждое слово, что срывалось с его губ вместе со стонами, которые дрожью проходили по её телу. Услышав же впервые "любимая", она едва не замерла, ощущая пронзающее чувство щемящей, волнительной радости, потому что утром ни одно похожее слово не было произнесено ни ею, ни им, заменяя его довольно сухим "принятое решение". И не так важно, что просто эмоции взяли верх, она знала - ничто бы не заставило Румпельштильцхена его произнести, не чувствуй он к ней этого.
    - Моя любовь... как и я сама... только твоя, - тихо, на выдохе ответила Медея, и чуть изменив положение, поменяла угол проникновения, ещё больше усиливая ощущения от близости. Она с тихим стоном склонилась к Румпельштильцхену и вовлекла его в полный мягкой нежности поцелуй, утихомиривая на пару мгновений жажду вновь ускорить развязку, не в состоянии долго сдерживать накапливающееся удовольствие с каждым движением. Хелен теперь вновь опиралась на руки около его головы, тем самым увеличивая соприкосновение их тел. Поддерживая плавный, медленный, глубокий темп, то и дело касаясь губами его губ и лица, Медея будто хотела действительно стать частью друг друга, оставляя огненные отпечатки эмоций, которыми был полон разгорячённый воздух в спальне.

Отредактировано Helen Foster (08-10-2018 02:53:55)

+1

44

Разнообразить будущее можно было ещё и с помощью магии. О нет, не использовать её в качестве стимулятора. Просто у Румпельштильцхена ещё прошлой ночью мелькнула мысль, что магические клубы дыма и даже чёрные щупальца тьмы можно применять в самых неожиданных целях. Но об этом он собирался подумать потом.
Пока что думать было невозможно. Если ночь была жаркой, то утро стало пламенным. Казалось, ещё немного - и взрыв...
Измены Хелен, конечно же, могла не опасаться. Голду оставалось около полутора лет до трёхсот, он не был юнцом, желающим попробовать всех окрестных девиц и узнать, какая из них лучше всех в постели, чтобы в итоге вернуться к своей Хелен; за время жизни Тёмным он успел получить кое-какой опыт и убедиться, что сластолюбца из него не выйдет, и утехам с различными хитроглазыми особами он предпочёл бы счастливую семейную жизнь. Но тогда он и не мечтал о том, что кто-то станет его любить не за власть и возможности, которые он может предоставить, не за груды золотых нитей, не за то, кем он в состоянии стать, если себя переделает, а просто так. Это казалось несбыточным, сродни желанию вернуть прошлое и никогда не выпускать руку Бэя у портала.
Иногда и у тёмных бывают чудеса в жизни. Возможно, это шанс начать всё сначала?
...
Хелен наверняка понимала, что случайным любовницам такой человек, как Голд - Румпельштильцхен - таких слов не скажет. Всё, что срывалось с его губ под влиянием наслаждения, не контролировалось холодным разумом. Было настоящим. И если бы она не убедила его в том, что он может это сделать, не страшась предательства, он не стал бы открываться перед ней, показывать уязвимые места.
Поцелуй заставил его отвлечься на некоторое время, отвечая так, словно он хотел засосать её губы внутрь, и магия внутри, еле сдерживаемая, готова была вырваться и добавить жару, хотя куда больше. Голд не мог тянуть ни одной секунды, и развязка, наконец, последовала.
...
Стены особняка готовы были закачаться, когда Голд со стоном повалился вбок, чуть не упав с кровати, но тут же подтянулся ближе к Хелен, восстанавливая дыхание и несколько минут не в состоянии что-либо сделать. Затем он пододвинулся ещё ближе, взял её лицо в ладони и поцеловал в губы не страстным, а скорее нежным поцелуем.
- Спасибо, мисс Фостер, - глаза его лукаво заблестели, показывая, что он вспомнил про игру. Не одна Медея выдавала взглядом то, чего не могло быть у сторибрукской Хелен.
- Я и не рассчитывал на такой... горячий приём. Мы это непременно повторим, - он отвёл прядь волос от её лица. - Когда вам захочется.

+1

45

Если бы и впрямь можно было сейчас думать, то Хелен бы поняла, что сказочный Румпельштильцхен и Медея, которые не использовали магию, провели ночь вместе, сторибрукские мистер Голд и мисс Фостер тоже получали свою порцию удовольствия, процесс которого отличался от того, что происходило ночью. Так почему бы в другой раз не встретиться тёмному магу и тёмной ведьме? Им явно есть, чем разнообразить "традиционную" встречу. Но всё это было будущее, а Хелен сгорала в пламени общего наслаждения в настоящем. Не обязательно быть ведьмой, чтобы "колдовать" в постели для удовольствия, но Медея только порадовалась, что обрела контроль над чужеродной магией Оз, иначе к эмоциональной буре добавилась бы и магическая, которая была сейчас совсем ни к чему. И без неё дышать было трудно, сердце заходилось в бешеном ритме, знаменуя приближение накала невыносимо-острого наслаждения. Последний раз подавшись навстречу Голду, Хелен с громким стоном замерла, когда вслед за ним взорвался обжигающими искрами удовольствия и её мир.
    Спустя мгновение, Хэл смогла только сползти с Голда, избавляя его от тяжести её обессиленного тела. В голове царила приятная пустота, а разорванное восприятие мира восстанавливалось, позволяя выравниваться дыханию и биению сердца. На нежный поцелуй Голда, Хелен ответила с не меньшей мягкостью и теплотой, расслабленно обняв его одной рукой. Медея впервые за последние сутки вспомнила, что даже не подумала о защите от возможной беременности. Никогда ранее она даже не раздумывала над решением - надо или не надо в этот раз. Было всегда надо, несмотря на приличный возраст, который и без того уменьшал жалкие проценты возможного появления ребёнка. Да и не возникало желания родить от кого-то из своих малочисленных любовников хотя бы для того, чтобы реализоваться, как матери. Медее понадобилось долгое время, чтобы смириться - ей не суждено ею стать. Не годится она на эту роль ни по физическим, ни по моральным, ни тем более жизненным показателям.  Сейчас же, после близости с Румпельштильцхеном, у Медеи не возникло даже мысли о защите. Не потому, что всегда была для него открыта, не потому, что не верила, что способна - это чтобы зачать ей нужно использовать магию и уповать на чудо, а не для защиты использовать чары. Потому что предательская надежда внезапно слабо подняла голову - вдруг всё теперь возможно? Но это решать не только ей. Неожиданные, слишком быстрые мысли отозвались в груди тупой болью прошлого, не успев чётко сформироваться, и Медея только поспешила от них избавиться, уцепившись за вновь вернувшуюся игру, как за спасательный круг. Когда-нибудь она сможет об этом подумать. Когда-нибудь потом.
   - Это я должна благодарить Вас, мистер Голд, что позволили мне больше, чем я могла рассчитывать в самых смелых фантазиях. Даже я не думала, что встреча будет настолько горячей, - тихо ответила она, и довольно улыбнувшись, бесцеремонно удобно примостилась головой на его плече,  благодарно поцеловав его пальцы, которыми он касался её волос. - Я рада, что Вы решились на продолжение. Знаете ли, не люблю оставаться в долгах, - Хэл чуть прикрыла глаза, дёрнув уголками губ в ироничной улыбке, намекая на одно явно незаконченное дело. Было так приятно просто лежать рядом, соприкасаясь кожей, и наслаждаться расслабленной негой, заполнившей каждую клеточку тела. Да, пожалуй, той Хелен Фостер не удалось бы получить и половины всего то, что получила нынешняя. - Позвольте уж ещё немного проявить наглость и попросить побыть со мной рядом ещё некоторое время, а то у занятого хозяина города не иначе как много других дел. Пусть подождут? - и сильная, гордая мисс Фостер, которую знают, как довольно циничную и хладнокровную женщину, умиленно, едва ли не клубочком, как кошка, сворачивается под боком у Голда, доверчиво прижимаясь к нему теснее без какого-либо сексуального подтекста, несмотря на то, что она до сих пор полностью обнажена.

Отредактировано Helen Foster (09-10-2018 10:54:52)

+1

46

Минуты расслабленного покоя для Румпельштильцхена из Зачарованного Леса были просто немыслимы. Он постоянно находился в напряжении, и даже когда прял, это не ослабляло натянутых где-то внутри струн. И вечный огонёк тревоги – всё ли получится так, как он задумал? У него были столетия на то, чтобы задумать и осуществить свои планы, и он не забывал о них. Никогда. Напряжение не отпускало.
Если бы единственным, что дало ему пребывание в Сторибруке, оказались только эти минуты покоя, то хотя бы ради этого стоило прожить здесь больше двадцати восьми лет. Осенью будет двадцать девять. Голд сомневался, что к тому времени все захотят вернуться в Зачарованный Лес – то, что от него осталось, скорее, – или ещё куда-то. Хотя кто знает… Впрочем, сейчас это было неважным.
- Знай я о ваших смелых фантазиях, мисс Фостер… - начал было Голд и остановился: а что он? Оторвался бы от полирования старинных подносов и чайников, пересчитывания денег и пришёл бы раньше? Вряд ли. Сторибрукский мистер Голд не любил, когда что-то нарушало привычный распорядок его дня, и тем более не стал бы делать этого сам, особенно ради… опрометчивых, с его точки зрения, отношений. Всё же беспамятный мистер Голд был по-своему скучным типом.
- Будем считать, я ничего не говорил, - хмыкнул нынешний Голд, положив палец на губы Хелен, словно мешая ей уточнить, что он собирался сказать, и ласково очерчивая их контур. – Значит, не любите быть в долгу… Тут я с вами соглашусь. Сам этого не люблю, - его рука переместилась к её щеке. – Побыть с вами ещё, говорите? Я должен обдумать это предложение, - дразнящим тоном проговорил Голд, однако свернувшаяся рядом, как большая кошка, Хелен была слишком мила, чтобы продолжать игру в том же духе. Так что Голд просто поцеловал её и тихо добавил: «Конечно, дорогая», после чего на какое-то время погрузился всё в то же блаженное состояние расслабленности. Ничего не случится, если лавка и ателье постоят какое-то время закрытыми. Ничего не сделается, даже если открыть их после обеда.
Впереди было ещё много забот, в том числе и тех, о существовании которых Голд пока ещё не подозревал, но здесь и сейчас он был счастлив, и этого достаточно.

+1


Вы здесь » ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS » ИНВЕНТАРЬ ХРАНИТЕЛЕЙ СНОВ » Туман неожиданного прошлого


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC